Тем не менее историю следует читать в направлении от прошлого к будущему. При этом становится понятно, что «сползания в катастрофу» в XVI веке не ощущалось. Елизавета контролировала свою политику, Тайный совет был жестко организованным органом, связи с регионами были налажены, протестантский консенсус установился. Да, управление финансами не обходилось без постыдных событий, но Елизавета оставила преемнику относительно небольшой долг. Ополчение и местное управление претерпели реорганизацию и вполне соответствовали задачам, стоящим перед ними до 1603 года. В частности, двойная роль тайных советников как членов центральной исполнительной власти и лорд-лейтенантов на местах приносила пользу, пока объем работы не превышал человеческие пределы.

В конечном счете успех Тюдоров был делом политической проницательности. Каждый последующий режим, за исключением, возможно, правления Марии, искал поддержки и сотрудничества широких правящих классов. Если Тайный совет оставался небольшим по составу органом, то консультативный процесс не сокращался. Сэр Томас Элиот в книге «Правитель» выразил опасения по этому вопросу: он убеждал «не пропускать и не обходить вниманием ни одного хорошего советника»[1156]. Однако, несмотря на ограниченный состав реконструированного Тайного совета, голоса магнатов и старших джентри не игнорировались тюдоровскими правящими кругами, даже желания такого не возникало. Право Генриха VII на трон, разрыв с Римом, акты Генриха о престолонаследии, Первый и Второй акты о единообразии, елизаветинское урегулирование и законы против рекузанства – все было одобрено парламентом. Мария знала, что не может короновать Филиппа без парламентского одобрения. Да и дело Марии Стюарт рассматривалось парламентом, что, вероятно, не нравилось Елизавете, но частью было организовано лояльными тайными советниками. Кроме того, Генрих VII семь раз созывал Большой совет, чтобы обсудить, а также легализовать в принципе взимание налогов и ведение войны. Генрих VIII во время каникул парламента в 1530 году в июне созывал дворянство в Виндзор для обсуждения и подписания письма к папе с просьбой разрешить ему развод с Екатериной Арагонской, поскольку это было делом национальной политики; это собрание по существу, если не по факту было Большим советом. В ноябре 1533 года Генрих обсуждал с дворянством дело кентской монахини, следующая встреча ожидалась в январе 1534 года, а в начале 1537 года говорили об ассамблее пэров или Большом совете, чтобы обдумать положение на севере после «Благодатного паломничества»[1157]. 50 лет спустя, в разгар кризиса 1584 года, именно аристократию и старших джентри призвали рекрутировать членов для так называемой Ассоциации, чтобы защищать жизнь Елизаветы, а если не получится, то преследовать ее убийц и не допустить до английского престола Марию Стюарт. И последнее, Тайный совет заручился поддержкой аристократии при подготовке прокламации Якова I как преемника Елизаветы.