И все-таки жизнь в эти годы в Кронштадте оставалась очень сложной. Положение усугублялось крайне слабой дисциплиной в частях гарнизона. Вот, например, документы, свидетельствующие о ее состоянии в 2-м и 3-м Морских пехотных полках, хранящиеся в фондах РГАВМФ.
Это приговоры Революционного военного трибунала Кронштадтской крепости – весьма суровые приговоры.
К расстрелу Серкова Николая, убившего 25 октября 1918 года часового у хлебопекарни по Кронштадтской улице.
Петра Пискунова: дезертирство, дезорганизация в команде, предложение командиру взятки за повышение его по службе – расстрел.
Дело красноармейца 3-го Кронштадтского крепостного морского пехотного полка Захарова Михаила, обвиняемого:
1. В вооруженном сопротивлении и противодействии представителям власти при исполнении последними своего служебного долга.
2. В покушении на побег из Морской Следственной тюрьмы.
3. В ложном заявлении перед судом о своей прежней несудимости.
К расстрелу.
Дело 2-го Кронштадтского крепостного морского пехотного полка Нестерова Ивана и Егорова Кузьмы за кражу со взломом сорока семи пар брюк из склада Крепостного интендантства – к расстрелу.