Расследованием этого двойного убийства занялись следователи по особо важным делам. Версий звучало много. Возникло предположение, что убийство совершено безработными на почве мести. По слухам, кое-кто из рабочих уже давно угрожал инженерам, так как новая комиссия общественных работ понизила расценки. Разозленные рабочие, разумеется, видели в инженерах главных виновников своих несчастий. По другой версии, убийцы, наоборот, хотели опорочить в глазах общества представление о «безработном элементе», представив его сбродом хулиганов и убийц.

Ходили также слухи, что инженеров убили по роковой «ошибке»: будто бы террористы хотели на самом деле обезглавить Городскую думу, убив городского голову Резцова и его помощника Демкина, но те по каким-то причинам не приехали. И будто бы убийцы приняли В.А. Берса и Д.В. Нюберга по внешним данным за других.

В одной из газет даже утверждалось, что 1 мая на собрании безработных присутствовали члены «боевой дружины исполнительного комитета», и тогда-то и появилось решение об убийстве Резцова, Демкина и инженеров Берса и Нюберга. Впрочем, догадкам и предположениям не было конца.

Кстати, убитые инженеры когда-то вместе служили на сибирских железных дорогах. Вячеслав Берс был дворянином, на работу в Гавань он добровольно перешел с «хлебного» места инженера трамвайной комиссии. Он был горячим сторонником прав безработных, и об этом знала вся Городская дума. Любопытна и еще одна деталь: Берс приходился родным братом супруге Льва Толстого – Софии Андреевне.

Поначалу в прессе утверждалось, что полиции удалось напасть на след преступников по горячим следам. Однако эта информация оказалось блефом. Шли недели, а ясности с делом об убийстве инженеров не было. Впрочем, столицу продолжало лихорадить. Экспроприации и политические убийства не прекращались. Так, 1 июня 1907 года террорист пытался выстрелом в спину убить младшего помощника командира петербургского порта полковника Котлярова. На «революционный террор» полиция отвечала облавами и арестами.

Только спустя полгода удалось поставить точку в деле об убийстве инженеров. Оно слушалось 22 декабря в Петербургском военно-окружном суде за закрытыми дверями. Перед судом предстали трое: зубовский мещанин Иван Перевалов, крестьяне Ян Пальм и Василий Сычев. Следствие утверждало, что доказало участие всей троицы в боевой дружине партии социалистов-революционеров, по приговору которой и были убиты инженеры.

И. Перевалова и Я. Пальма обвиняли в непосредственном совершении убийства, а В. Сычева – в «недонесении». Будто бы он знал о готовившемся преступлении, знал его участников, точное время и место, но не предупредил ни полицию, ни будущих жертв. По приговору суда Пальма и Перевалова приговорили к смертной казни через повешение, замененной по ходатайству суда на каторжные работы: Перевалову – бессрочно, Пальму – на двадцать лет…