Что же касается попытки Е. Зубовой к самоубийству, то на этот вопрос ответ дал профессор Жуковский. Как раз в те дни он выступал в столице с лекциями на тему «Современные события и душевные заболевания».

«С развитием освободительного движения повысился процент душевнобольных в психиатрических больницах России, – доказывал профессор. – Это не случайно: революция и массовое помешательство идут рука об руку. Петербург, Москва, Свеаборг, Кронштадт, Прибалтийский край – вот очаги участившихся помешательств мирных обывателей. Больные грезят кровавыми ужасами, бомбами, виселицами, расстрелами. Наибольший процент из находящихся на излечении в клинике душевнобольных приходится на интеллигентов и рабочих».

Двойное убийство в Галерной гавани

Двойное убийство в Галерной гавани

Среди политических преступлений, случившихся в Петербурге в лихорадочном 1907 году, убийство двух инженеров в Галерной гавани стало одним из самых наглых и дерзких, а жертвами его стали люди, к самодержавию имевшие весьма отдаленное отношение. Убитыми оказались два инженера путей сообщения – Вячеслав Андреевич Берс и Дмитрий Власович Нюберг, заведовавшие городскими общественными работами.

Преступление произошло 19 мая среди бела дня, да еще и в присутствии большого числа публики: на глазах комиссии, избранной городской властью для организации труда безработных. Последние занимались работами по подъему улиц и засыпке болот в Галерной гавани. Дело в том, что городское самоуправление решило в то время использовать труд безработных не только для перестройки мостов и прокладки новых трамвайных линий, но и для благоустройства этой вечно затапливаемой части Васильевского острова.

В тот злополучный день комиссия прибыла в Галерную гавань, чтобы на месте посмотреть на ход работ. Члены комиссии, во главе с В.А. Берсом и Д.В. Нюбергом, дошли до первого большого земляного вала, инженеры уже спускались по нему вниз, как вдруг затрещали сухие щелчки выстрелов, и на глазах у всех оба инженера, обливаясь кровью, рухнули на землю. Нюбергу досталось три пули, одна из них – в затылок.

Возникла паника, комиссия с окружавшими ее рабочими бросилась бежать, оставив лежать истекавших кровью инженеров на земле. Вскоре на звуки выстрелов прибыли городовые и конная стража, громадную площадь оцепили, но было уже поздно: преступники «испарились». По всей округе начались беспорядочные обыски и аресты.

Никто из свидетелей трагедии не мог понять, как же все произошло. Все признавались, что овладевшая ими после выстрелов дикая паника не позволила броситься за убийцами. Впрочем, дело даже не в панике, а в странном безразличии. «Характерно то отношение, которое проявила многочисленная толпа любопытных, собравшихся на месте убийства, – констатировал репортер одной из газет. – На земле лежали убитые, а толпа острила и гоготала. Так же безучастно масса первых свидетелей отнеслась и к преследованию преступников. Убийц как будто скрывали».