Особой популярностью пользовалась уже упоминавшаяся известная хиромантка и оккультистка из Парижа мадам де Тэб. Ее девиз гласил: «Я не ввожу в обман, а предостерегаю». Как только в 1913 году вспыхнула война на Балканах, мадам де Тэб стала предвидеть, что она перейдет во всеобщий пожар, который охватит всю Европу.
«Весь цивилизованный мир будет встревожен, – предсказывала она. – Произойдет крушение всего старого. Все закипит, разгорится. Германия поставит все на карту. Она затронет всех! Война будет для нее фатальна. Наши дети будут свидетелями крупных событий. Они будут присутствовать при обновлении всего мира, контуры которого уже обрисовываются и станут вполне ясными уже в марте 1914 года». Таким образом, госпожа де Тэб только на четыре месяца ошиблась с датой начала роковых событий – все началось не в марте, а в июле 1914 года.
Судьбу Германии парижская хиромантка сумела предсказать довольно точно: «Она переживет большие изменения и много трагичного. Поставив все на карту и вооружив против себя большинство народов, Германия будет в большом проигрыше».
О России мадам де Тэб говорила, что ей волею рока придется принять участие в европейской войне, после чего ей предстоят «внешние и внутренние перемены». Хиромантка предсказывала победу России в войне. «Немецкие интриги свергнуть могущество московской империи в пропасть ненависти и варварских противоречий не увенчаются успехом», – заявляла она…
А в Петербурге, когда началась Первая мировая война, склонные к мистике горожане сразу же вспомнили загадочное явление, случившееся годом раньше, – летом 1913 года. Тогда говорили, что это предвестие скорой беды, только никто не знал – какой.
Речь идет о небывалом нашествии стрекоз. «Был однажды в предвоенном Петербурге летний денек, когда и мы наблюдали то, что иной раз случается в мире: каким-то ветром, неведомо откуда, на город нанесло мириады самых обыкновенных стрекоз, – вспоминал писатель Лев Успенский в «Записках старого петербуржца». – Стрекозиные тельца сухо шуршали под ногами; дворники сметали насекомых в копошащиеся кучки. По Неве плыли зыбкие пятна – плотики из легких утопленниц. И старушки шептались, что это – не к добру. И в „Биржевке“ что-то писали об этом, вспоминая дожди из крыс и другие столь же неприятные явления из учебников и популярных журналов».
Один из персонажей воспоминаний Льва Успенского, поэт-самоучка «Герасимов-простой», служивший кондуктором в трамвае, написал о загадочном нашествии стрекозы такие строки: