Жизнь ее складывалась непросто: в свои 41 год она осталась вдовой с пятью детьми, старшему было тринадцать лет, а младшему – полтора года. После смерти мужа она оказалась почти без денег и, чтобы прокормить детей, устроилась в больнице на должность «надзирательницы-заведующей».

Однажды один из детей тяжело заболел, и произошло так, что оказавшийся рядом, по случайному стечению обстоятельств, крестьянин Афанасий Карленков выручил ее, заплатив за дорогое лекарство. С тех пор Афанасий, которого вдова назвала спасителем ее сына, стал часто бывать у нее. Афанасий занимался «мелким бизнесом» – вел сливочную торговлю на Можайской улице. В Петербург он приехал на заработки, а в родной деревне у него оставалась жена с детьми.

Со временем отношения Афанасия и Екатерины стали более близкими, однако Е.П. Кондыреву подводила безудержная гордыня: она тщательно скрывала от всех свою связь с крестьянином-торговцем и зачастую в шутку называла его «мужиком». Так продолжалось около года. Коммерческие дела Карленкова шли неважно, и он переменил аршин торговца на ливрею швейцара.

Поступив на службу, он стал ходить в швейцарской ливрее и фуражке. Кондыреву это событие крайне шокировало, и с тех пор их отношения пошли насмарку. Она стала осыпать его упреками, что он злоупотреблял ее благосклонностью, забывая, какая разница между нею, сестрой милосердия, и им, простым неотесанным мужиком. В ответ Карленков начал грубить и демонстративно являлся к ней в швейцарской ливрее. Кроме того, он не упускал случая подчеркнуть при посторонних интимность их отношений. Тем не менее, он не охладел к вдове и даже предложил ей выйти за него замуж.

– Я могу только с отвращением терпеть тебя, но выйти за тебя замуж – никогда! – последовал ответ.

Месяца за два до трагической развязки Карленков получил письмо от анонимного «доброжелателя», в котором тот «считал долгом довести до сведения, что Кондырева очень часто встречается с каким-то молодым человеком». Терзаемый муками ревности, он потребовал объяснения у своей пассии.

– Если даже и встречаюсь с кем-либо, то просить у тебя разрешения мне нечего! – отрезала она.

Этот ответ оказался роковым. Швейцар, терзаемый ревностью, грозил Кондыревой, что скорее убьет ее, чем допустит измену.

Развязка всей этой истории произошла во время случайной встречи Екатерины Кондыревой и Афанасия Карленкова: в приступе ревности он ударил свою неверную возлюбленную ножом. К прибытию полиции помощь врача уже не требовалась – Кондырева скончалась…

Карленков не пытался скрыть своего поступка. Его арестовали, и в полицейском участке он хладнокровно объяснил, что не мог примириться с мыслью об измене любимой им женщины.