На углу улиц Офицерской и Большой Мастерской, в доме генерал-губернатора Княжевича, с 1914 по 1917 г. жил со своей семьей артист-трагик Мамант Викторович Дальский (Нилов). У него учились не только драматические, но и оперные артисты. Сам Федор Иванович Шаляпин прошел у трагика Дальского школу сценического мастерства. Среди его почитателей были и простые люди, и члены императорской фамилии. К сожалению, артист, являясь общепризнанным мэтром театральной сцены, имел довольно необузданный, скандальный нрав. Дочь актера, Лариса Мамантовна Дальская, воспоминала: «Мы жили тогда на Офицерской улице. Вокруг замечательные места: Мариинский театр, кондитерская Иванова, золотые купола собора Николая Морского, Никольский садик со стаей голубей, Луна-парк с его американскими горками. Интеллигенция постоянно возмущалась тем, что в таком хорошем месте находится тюрьма, Литовский замок с его сумрачными башнями.
Нередко у нас в семье, в присутствии гостей, отец с возмущением произносил: „Бастилия“! Не раз я слышала такие стихи:
Гуляя как-то с отцом, Лариса Мамантовна остановилась рядом с башней Литовского замка, и отец указал ей на крест и двух склоненных к нему ангелов.
– А зачем здесь ангелы? – спросила дочь.
– Ангелы оплакивают заключенных в этой башне, – ответил отец.
В феврале 1917 г. Литовскому замку пришел конец. Этот день навсегда запомнила Лариса Дальская: «Мне было четыре года, и хорошо помню, что в тот день какая-то кутерьма, и на меня никто не обращал внимания, велели сидеть в детской и не подходить к окнам. А за окнами, на полупустых улицах, происходило что-то тревожное и опасное. Отец, уходя из дома, сказал, что идет брать Бастилию… Вернулся он возбужденный, в пальто, но без шапки, глаза его блестели. Оглядев домочадцев, он вынул из кармана связку тюремных ключей и рассказал о случившемся». На следующий день Литовский замок загорелся. Говорили, что его подожгли и выпустили арестованных на волю. Ключи Литовского замка долгое время находились в семье Дальских и всегда демонстрировались гостям. Кто-то посоветовал вдове трагика отдать ключи в музей Революции, но она этого не сделала. В результате легендарные ключи «Бастилии», забытые в ящике старинного буфета, стоящего в одной из комнат особняка Княжевича на Офицерской улице, так и остались в разоренной, брошенной квартире.
Дочь великого актера не могла себе простить, что не сохранила эту историческую реликвию как память о страшной тюрьме.
Замка давным-давно нет. В февральские дни 1917 г. площадь перед Литовским замком стала местом бурных демонстраций. Через несколько дней мрачное здание страшной тюрьмы сжег восставший народ.