Светлый фон
Богов владыка яростными пытками
Мне отомстил, наградою чудовищной.
Ведь такова болезнь самодержавия:
Друзьям не верить, презирать союзников.
Вы спрашивали, почему постыдно так
Меня калечит. Ясный дам, прямой ответ.
Едва он на престоле сел родительском,
Распределять меж божествами начал он
Уделы, власти, почести: одним – одни,
Другим – другие. Про людское горькое
Забыл лишь племя.
Оставим на время Прометея.
Попробуем реконструировать Зевса, как политика.
…Зевс как политик: искушение Силой
…Зевс как политик: искушение СилойНапомню, о чём уже говорил выше.
Прометей, как и сам Эсхил, оказался «чужим среди своих».
Оказался, не случайно, не по воле обстоятельств, а в результате сознательного выбора.
Понимал, что «новоявленный князь» не будет столь благороден, как многие из его «родичей» титанов.
Понимал, но уговаривал своих благородных «родичей» встать на сторону Зевса. Но они, лесть и хитрость надменно презирали, и не согласились с Прометеем.