Отец Гейса держит за руку сына, который всё больше напоминает большого страшного дэва, а отец Лейли держит за руку дочь, которая все больше походит на маленькую жалкую рабыню.
Страшный дэв и жалкая рабыня долго смотрят друг на друга.
Выйдя из оперы, Лейли шла по городу и старалась разгадать, о чём шепчутся встречающиеся ей пары, одни из которых стоят у подъезда, другие сидят на скамейке в сквере, третьи куда-то спешат.
Каждый из них в воображении Лейли на миг становился «страшным дэвом» и «жалкой рабыней».
А потом вновь молодыми, девушкой и юношей.
Эпизод третий
Эпизод третийИБН-САЛАМ! ИБН-ХЕЛЛО!
ИБН-САЛАМ! ИБН-ХЕЛЛО!Телевизионный режиссёр Шамседдин, отец Самира, худой, длинноносый, подвижный как ртуть, ни секунды не может усидеть на месте. И создаётся впечатление, что он постоянно взволнован, своим пронзительным голосом, переходящим на фальцет, постоянно пытается что-то доказать.
Кажется, об опере «Лейли и Меджнун» он знает буквально всё и ищет человека, которому может всё это рассказать.
Он посадил реальную, живую Лейли за монитор и началась история Ибн Салама.
Хор гостей поёт:
Будь счастлив! Ибн Салам, будь счастлив! Пусть будут счастливы твои дни, Пусть твоя мечта даст плод, Пусть родится у тебя ребенок.Лейли поёт:
Ибн Салам, скажу тебе правду, я влюблена в Меджнуна.