Что нам остаётся как не «…глядеть на небо, искать в нём приметы погоды, слушать, как сыплется овёс, брать на руки мокрого телёнка, только что выпавшего из коровьей утробы и силившегося доказать, что он устоит на ногах».

Дети Паркеров на ногах не устояли, сломались, только внук, если не прямо, то опосредованно, продолжил дело деда, он оказался способен воссоздать в слове то, чем занимался его дед, что пытался передать своим детям, но не смог. Внук сумел описать мир деда, в котором есть

«запах хлеба, и смутная мудрость юношеских лет…

и девчонки с рыжеватыми косичками, что шепчутся про любовь…

и румяные яблоки,

и маленькое белое облачка, которое, как только его надует ветер, разрастётся в огромного коня и тяжело затопает по всему небу».

Как рифмуются «ландшафты» Подороги, «ландшафт» Уайта, с «ландшафтом» Фрейм и Кэмпион?

Вопрос не простой, в нём много уровней, не все из них я смог бы выразить в слове, несомненно, есть и такие, которые вообще невыразимы в слове.

Есть внешние «рифмы», которые не стал бы переоценивать, но на которые не могу не обратить внимания.

Патрик Уайт умер в 1990 году, в тот год, когда был снят фильм Дж. Кэмпион «Ангел за моим столом». Внук Стэна Паркера пишет о «девчонках с рыжеватыми косичками» и мы не можем не вспомнить огненно – рыжую копну волос Дженет Фрейм, которую невозможно расчесать.

На других уровнях всё намного сложнее.

Во всех ли культурах можно обнаружить этот культурный «ландшафт», или это один из компонентов различения Запада и Востока, точнее, Запада и Дальнего Востока?

Можно ли сказать, что в культуре Запада «история» вытеснила «ландшафт», что чем больше «истории» тем меньше «ландшафта», что через «ландшафт» способны проявляться тектонические пласты культуры, а «история» проявляет «тектонические» бездны людей?

Можно ли сказать, что в индустриальном и постиндустриальном обществе мы окончательно похоронили «культурный ландшафт», и он продолжает «дышать» только в тех эзотерических культурах, которые вытолкнуты на периферию цивилизации?

Следует ли допустить, что культура Австралии или Новой Зеландии перекликается с культурой древнего Китая как раз в том смысле, что в обоих «дышит» ландшафт?

Или напротив, культура Австралии и Новой Зеландии, принципиально западная, Дж. Кэмпион западный режиссёр, и об «Ангеле за моим столом», и, соответственно, о киноверсии «Автобиографии» Дженет Фрейм, можно говорить только в ракурсе европейских ландшафтных практик?

В конце концов, чем принципиально отличаются море, океан, зеленые луга, зеленые холмы Новой Зеландии от ландшафта М. Хайдеггера, о котором пишет В. Подорога.