она могла стать жертвой мужского сексуально-артистического диктата, но не стала,
она могла подчиниться диктату «удачного замужества» (самое простое), но не стала,
она застывает перед новым выбором (буквально застывает в стоп-кадре), как избежать любых притязаний мужчин, если они не способны осознать свою агрессивность, свои собственнические инстинкты.
Как продолжение феминистической линии фильма можно расценить почти публицистическую тему насилия в семье, которой должны попытаться избежать такие красивые, но такие наивные сиднейские девушки.
В фильме «Портрет леди» аристократ Озмонд позволяет себе даже поднять руку на жену, что эстет Г. Джеймс не позволил бы своему герою, ведь изысканная женщина предопределяет изощрённые методы насилия.
…«киноизыски», которые так и остались «киноизысками»
«киноизыски», которые так и остались «киноизысками»Делая ставку на «портрет» Дж. Кэмпион могла бы решиться на стилевые изыски. В эпизоде путешествий героини по миру, оператор Ст. Драйберг[740] снимает изысканный «фильм в фильме». Изысканный, ещё и по той причине, что в 70-е годы XIX века, время путешествия героини по миру, кино ещё не существовало, и мы становимся свидетелями своеобразной художественной игры, в которой солирует искусный оператор.
Но всё это так и осталось отдельными киноизысками, может быть и по той причине, что дарование Дж. Кэмпион более земное и чувственное. Эстетские игры не в её природе.
…спасительная мелодрама?
…спасительная мелодрама?Остаётся последнее, мелодрама.
Далёк от мысли, упрекать в этом режиссёра, напротив, именно изящная, чуть эстетская, мелодрама, могла бы сплести различные линии в канат. И то, что путешествие Изабель стилизуется под чёрно-белую мелодраму начала века, придало бы фильму особое художественное изящество.
В этом случае было оправдано приглашение Дж. Малковича[741] на роль Гилберта Озмонда и ассоциации с Вальмоном из «Опасных связей»[742]: «человеческая испорченность» вечна и ничего с этим не поделаешь.
И столь же оправданы были бы проникновенные слова Каспара Гудвуда в конце романа:
«Я ваш на веки, на веки веков… Я не оскорблю вас предложением. Что вас может заботить, как на это посмотрят, что об этом скажут люди – весь извечный, непроходимый идиотизм. Нам-то что за дело до этого, мы ведь с вами другой породы: нам важна суть, а не видимость».
Какая «суть» была важна для Дж. Кэмпион, осталось для меня загадкой.
«Портрет леди» так и не стал «портретом женщины», а слова современных девушек из Сиднея в прологе фильма, так и повисли в пустоте.