И осторожный неуверенный кивок.

- Отлично, - Эдди обрадовался. – А теперь давай, спроси за еду. И сам садись, не жди меня. Я… навещу одного человека.

У матушки снова были гости.

Гость.

И Эдди сперва вошел, а потом понял, что все же стоило не только постучаться, но и привести себя в порядок. А то ведь он и без того не сказать, чтобы красив, тут же и вовсе после сна, в мятой одежде и с мятою же рожей, на которой все сны отпечатались.

- Доброго дня, - поздоровался Эдди, раздумывая, не притвориться ли ему вовсе, что он дверью ошибся.

Но матушка поднялась.

- Проходи, дорогой. Ты весьма вовремя.

Не сказал бы.

И во взгляде гостя тоже сомнения читались. Да и сам этот гость… кто он? Лицо такое вот… знакомое, точно Эдди его видел. Хотя, конечно, откуда? Или просто они тут все… что Чарли, что этот, холеный до крайности.

В костюмчике сером.

С тросточкою, которую к креслу прислонил.

Цилиндр на столике.

Перчатки.

А вот все одно кого-то… нет, не судью… и не шерифа, те всяко попроще. Скорее уж и вправду одновременно, что Чарли, что Орвуда-старшего, да и младшего тоже.

Точно.

Та же маска аристократической надменности. И легкого раздражения, будто у него живот прихватило, а выйти никак неможно. И еще чего-то.

- Познакомься, Джеральд. Это мой сын. Элайя. Эдди. А это мой старший брат. Джеральд.

Эдди смерили взглядом.