- Договор?

- Договор!

- Тогда жди.

- Не долго! Я устал ждать! Надоело! Тупые людишки! Я им писал! Могли бы принести! И я бы отпустил, всех отпустил… а они пожадничали! Сами виноваты! Сами…

Эдди поднялся.

Выходить за круг из свечей было как-то…

- Смотри. Договор, - Эдди нависал над Крысоловом и… остальными. Сколько их? Не сто тридцать, как в легенде, но много… - Проводника дай, чтобы не тронули.

- Боишься?

- Конечно, - Эдди сумел-таки поймать взгляд твари. А ведь и у него глаза почти затянуло белой пленкой. – Дашь? Или все-таки останешься? Только на сей раз я дверь заговорю так, что никто её открыть не сумеет. С этой стороны.

Крысолов зашипел. И девочка, та самая в нарядном платьице и одном башмачке, поднялась, чтобы протянуть руку Эдди. Рука была ледяной и сама девочка…

Ничего, дотерпит.

Ему бы до двери дойти. Благо, веревка держится.

- Идем, маленькая. Как тебя зовут?

- Марта! Это дочка бургомистра! – крикнул Крысолов из темноты. – Еще тот жирный ублюдок. Он пожалел… он… и поплатился.

Девочка не произнесла ни слова.

А вот Эдди вышел. И Бартон, державший веревку, испуганно охнул, попятился, отчаянно крестясь.

- Стоять, - рявкнул Эдди. – Саттервуда позови.

Управляющий явился немедленно, будто ждал там, за дверью. И увидев Марту побледнел. Посерел. И прижался к стене.

- Значит… значит, правда…

- Что?