Сын Абубелджа – один из самых интересных персонажей армянской истории IX века. Его необыкновенная судьба похожа на роман. Лоран, рассказывавший о его жизни, написал: «Он испытал самые разные повороты судьбы, те, кто был его друзьями, за короткий срок становились ему врагами. Он служил византийцам, которые его баловали, а потом покинули; служил арабам, которые сделали его князем, а потом заточили в тюрьму. Князь князей Армении взял его в плен и выдал арабам, но также сделал его главой Васпуракана и защищал его от Григора-Дереника Арцруни, а потом напал на него вместе с ним же. Ашот Арцруни, князь Васпуракана, преследовал его, изгнал из его земель, потом вернул ему их и относился к нему как к союзнику. Григор-Дереник держал его в плену, отпустил, снова захватил в плен и, наконец, благодаря ему же спасся и женился.

История его заточений тоже подобна роману. Его сажали в тюрьмы арабы, князь Армении и князь Васпуракана, а он убегал удивительными способами. В его побегах были хитрости, переодевания и по меньшей мере один великодушный рыцарский поступок.

Однако Гурген был уравновешенным человеком: он не отдавался первому движению души или необузданным порывам страсти, как очень многие другие феодалы. Два раза он, не давая убить себя в Васпуракане, уходил оттуда, когда сопротивление казалось уже бесполезным, и этим сохранял себе возможность вернуться туда в подходящее время. В те два раза он ездил за необходимой ему поддержкой к грекам, зная, что они желают найти друзей в Армении, и охотно противопоставлял их вмешательство всемогуществу арабов. Он не покинул своих вождей, князей Васпуракана, когда те были у арабов в плену. Потом, когда эти вожди вернулись, он уступил им место, а не пытался оставить их земли себе и отправился искать удачи за пределы их владений. В борьбе против соперников за княжество Васпуракан он был человечным и умелым. Разбив в бою и взяв в плен своего родственника Вагана, он отпустил его с миром, лишь посмеялся над ним. Он не использовал возникавшие возможности отомстить своим родственникам, и в том числе Григору-Деренику Арцруни, за смерть своего отца. Его алчность умела уважать права, его отвага не вырождалась ни в жестокость, ни в зверство.

В общем, его жизнь – прекрасный пример, как в те годы постоянных войн армян против армян и армян против чужеземцев жил младший член великой семьи. Им управляли то жадность и эгоистические интересы, то верность своему семейству и своему народу. Сегодня он был властелином большого княжества, завтра – беглецом или узником; он растрачивал в бесполезной борьбе между знатными семьями силы, которые принесли бы плоды в менее расколотой стране. Часто он был нечестным, неразборчивым в средствах, без стыда переходил из одной партии в другую, но в любом лагере всегда был храбрым. Он был способен как на самые бескорыстные поступки, так и на самые худшие подлости. Короче, это был феодал-авантюрист в полном смысле этого слова, который неплохо выглядел бы среди своих западных современников, грубых франкских феодалов эпохи Каролингов.