Разумеется, речь шла лишь о принуждении феодальных династий к признанию Сембата I в качестве сюзерена. Второй царь из династии Багратидов даже достоин благодарности потомства за то, что при таких препятствиях смог добиться хотя бы минимального единообразия в административных делах.

Эти годы покоя были временем процветания. Асохик по этому поводу цитирует Книгу Царств: «Каждый отдыхал в тени своей смоковницы». К этому он добавляет: «Крестьянские хозяйства превращались в селения, селения в города благодаря умножению их населения и богатства. Даже пастухи овец и быков носили шелковые рубахи». Это процветание прервала природная катастрофа: в 893 году сильное землетрясение разрушило Двин. «Город был разрушен снизу доверху, все крепостные стены и дворец князей обрушились, как падают камни с высоких гор. Церковь, служившая резиденцией патриарху, была опрокинута». Товма Арцруни пишет о Двине так: «Многолюдный город, окруженный бастионами, которые возвышались над торговой площадью, разбухший и пропитанный всеми видами нечистот». Под этим, несомненно, нужно понимать, что с тех пор, как Двин стал главным городом арабской оккупационной администрации, его население стало смешанным, и даже те из горожан, кто остался христианами, переняли мусульманские нравы. По сведениям из того же источника, при землетрясении погибли 70 000 человек. Патриарх Георг II уцелел в этой катастрофе. Он покинул Двин и переселился в Нор-Кахак (Эчмиадзин), где стал жить «возле большой церкви Святого Григора, построенной достопочтенным Нерсесом II».

Первая война между Сембатом I и Эмиром Афшином

Первая война между Сембатом I и Эмиром Афшином

В это время эмир Афшин, пользуясь упадком аббасидского халифата, основал в находившемся под его управлением Азербайджане практически автономное княжество. Но укрепление нового Армянского царства внушало эмиру опасение. Он созвал свои войска и захватил армянские земли возле Нахичевани. Узнав об этом, Сембат I объявил сбор феодальных отрядов, но не успел помешать Афшину, и тот снова занял Двин. Сембат отступил в горные замки и ждал там, пока нахарары приводили ему свои войска. Например, к нему явились многие князья северной части страны (князья Арцруни из Васпуракана, как мы узнаем позже, начинали политику раскола). Местом сбора стал «городок Вадзан у подножия горы Арагац (Алагёз)».

Патриарх Георг II поступил подобно великим епископам нашего раннего Средневековья: он выехал навстречу эмиру как истинный «защитник города». Иоанн Католикос, хорошо знавший этого святого прелата, пишет, что патриарх «надеялся, что ему хватит изворотливости, чтобы смягчить каменное сердце Афшина». И действительно, вначале эмир казался в высшей степени вежливым. Увидев патриарха, он вышел к нему навстречу, принял его с уважением и попросил его пригласить Сембата на дружескую встречу. На самом же деле, по словам Иоанна, эмир хотел заманить Сембата в западню. Патриарх, не догадываясь, какому коварству невольно стал посыльным, передал приглашение царю. Но Сембат разгадал обман и ответил отказом. Когда Георг вернулся в турецкий лагерь, Афшин, считая его виновником своей неудачи, велел надеть на него цепи, а потом повел свою армию по Армении, чтобы внезапно напасть на Сембата. Царь Армении и его войско в это время стояли лагерем в Тохсе, или Дохсе, у подножия Арагаца. Там произошел бой, который Афшин проиграл. Эмир был вынужден отступить и предложить Сембату мир. Сембат, который тоже не желал доводить ситуацию до крайности, послал Афшину ценные подарки. К несчастью, эмир, возвращаясь в Азербайджан, увез с собой патриарха Георга, по-прежнему закованного в цепи. Лишь через два месяца он согласился отпустить его за выкуп. Деньги на этот выкуп собрали нахарары, ишханы и епископы, среди которых был и сам автор летописи, историк Иоанн Католикос.