Узнав об этих событиях, Ашот II посчитал, что ему следует вернуться из Константинополя в Армению. Императоры Роман Лекапен и Константин Багрянородный на прощание преподнесли ему, по обычаю, великолепные дары и, что было важнее, дали армию, которая должна была помочь ему умиротворить Армению. Эта демонстрация силы принесла отличные результаты, иначе быть не могло. Патриарх Ховханнес сообщает, что на обратном пути Ашот «установил свою власть во многих местах, которые покорялись добровольно и в большой спешке». Царь встретил сопротивление лишь в небольшом городе Кохб, стоявшем у слияния Ахуряна и Аракса, между Араксом и горой Перхи, в округе Чакатк. «Этот город принудили к повиновению, но за сопротивление отдали в рабство грекам». Это не значит, что в городе был размещен византийский гарнизон; речь идет о том, что его защитники были отданы в рабство византийским чиновникам и военным, которые возвращали Ашота II в его государство. К несчастью, округ Кохб принадлежал двоюродному брату и тезке царя, спарапету Ашоту[348], и случившееся стало причиной новых династических споров в Армении.
Соперничество двух Ашотов
Соперничество двух Ашотов
Ашот II Эркат был торжественно введен обратно в свое царство византийской армией, и, по свидетельству патриарха Ховханнеса, народ усердно и спешно приготовил своему царю достойную встречу. Казалось, теперь Железный царь покончил с мятежами феодалов. Но едва он успел поселиться в Эразгаворсе, иначе Эразгаворке (Ширакаване), как вспыхнул новый мятеж, во главе которого встал Ашот Спарапет, двоюродный брат царя, сын его дяди Шапуха.
Ашот Спарапет, титул которого означал «генералиссимус», отличался, по словам патриарха Ховханнеса (который его хорошо знал), большой красотой и был весьма великодушным и щедрым. Очень вероятно, его феодальным владением были земли вокруг городов Багаран и Кохб, к северу и к югу от места слияния Ахуряна и Аракса, поскольку Ховханнес сообщает, что Спарапет построил в этих двух городах великолепные церкви. Так действовал тот удельный принцип, который в феодальной Армении так же, как во Франции той эпохи, при каждой смене поколений еще больше дробил на части владения королевской семьи. К несчастью, хотя Ашот Спарапет с величайшим усердием строил религиозные здания, совесть нисколько не мешала ему заключать союзы с мусульманами. Еще в 909–910 годах, в царствование Сембата Мученика, он без колебаний самостоятельно встретился с эмиром Юсуфом, стал его подданным и прислал ему продовольствие. Став вассалом Юсуфа, он послушно приезжал ко двору эмира в Азербайджан каждый раз, когда получал оттуда вызов. Именно у Юсуфа в Двине Спарапет находился в очередной раз, когда царь Ашот II возвращался из Константинополя во главе византийской армии. Ловкий эмир, чтобы разорвать только что заключенный союз армян и византийцев, который был направлен против всех мусульман и в особенности против него самого, держал у себя под рукой «запасного Багратида» и не упустил представившийся вскоре случай пустить в ход это ценнейшее орудие. Византийский двор теперь сделал Ашота II своим верным союзником. В ответ Юсуф выставил против этого «проримского» царя другого претендента на престол, тоже чистокровного Багратида, который будет всем обязан своим защитникам-мусульманам и даст им любые гарантии. В результате эмир в том же 921 году короновал Спарапета в Двине – «надел на его голову царскую корону и опоясал его мечом», а затем с большой пышностью отправил его обратно на родину, рассчитывая, что скоро начнется жестокая гражданская война между двумя Ашотами.