Давит приехал в Грузию и по соглашению с царем Армении Сембатом II уладил дела этой страны. По просьбе Иоане и других эриставов он заменил Тевдоса II на троне Абхазии князем, который имел самые обоснованные права на два кавказских трона. Этим князем был молодой Баграт, или Багарат III, который по своему отцу Гургену и деду Багарату II Регвану был предполагаемым наследником царства грузинских Багратидов (Кларджета и Картли)[424], а по своей матери Гурандухт, дочери Георгия II Абхазского, а значит, сестре Тевдоса, имел право и на абхазский престол. Давит Таикский к тому же был лично заинтересован в воцарении юного Баграта III, потому что воспитал его при своем дворе, любил как собственного сына и должен был в конце концов сделать своим наследником. Кахетинцы, пытаясь воспользоваться возникшим беспорядком, осадили город Уплисцихе, который тогда был христианской столицей Картли (поскольку Тифлис по-прежнему оставался в руках мусульманского эмира). Давит Таикский одним своим приближением обратил кахетинцев в бегство. Он вернул Уфлисцихе своему протеже Баграту III, принял вассальную клятву эристава Иоане перед Багратом III и установил мир в этой стране (985)[425].

Итак, вмешательство Давита Таикского привело к концентрации власти в Грузии. Абхазией[426] продолжали править Багарат, или Баграт II (958–994), а затем его сын Гурген (994-1008), а юный Багарат, или Баграт III, сын Гургена, правил теперь Абхазией (985). После смерти Гургена (1008) Баграт III должен был надеть на себя сразу два царских венца – стать царем и багратидской Грузии, и Абхазии. Добавим к этому, что «Грузинская хроника» залилась неиссякающим потоком похвал, когда заходит речь об этом юном Багратиде: «Когда он был возведен в царский сан, все подчинились его приказам, потому что он достиг мужского возраста. Целых два года он управлял, организовывал, реформировал, поступая во всем как его дед (по матери) великий Георгий II (Абхазский) и, если мы смеем так сказать, действуя лучше его, потому что во всех вопросах он брал за образец своего воспитателя, великого куропалата Давита».

Здесь уместно также сказать, что Давит Таикский продолжал в моральном отношении быть опекуном своего воспитанника. Это было очень заметно, когда Баграт III захотел покарать картлийского эристава Рада, происходившего из той семьи Липаритов, которая с этих пор стала такой знаменитой[427]. Давит, считавший, что может пострадать из-за самостоятельного решения Баграта, как сказано в «Грузинской хронике», поспешно приехал на место действия, заручившись поддержкой своих союзников, армянских правителей. Странно, что царь багратидской Грузии, Баграт II Регван, завидуя своему внуку, царю Абхазии Баграту III, пошел против него, присоединившись к Давиту Таикскому. Но Баграт III сам явился к куропалату. Благодаря давней любви воспитателя к воспитаннику Баграт без труда развеял подозрения Давита, и тот разрешил молодому царю привести Рада к повиновению.