Паша кивнул, встал, покачнувшись в такт табурету, налил воды в чайник и щелчком заставил его почти сразу шуметь по нарастающей.

– Но теперь-то он не знает, а следит за маршруткой, – сказал он наконец. – Приедет, прокатится, успокоится.

– И начнет заново искать. И найдет. Даже если я из соцсетей выпилюсь и так далее. Через работу. Через маму. Через тебя.

– Думаешь, ты для него прямо навязчивая идея? – уточнил Паша, явно пытаясь не обидеть недоверием.

Не то чтобы у него получилось, но Аня попытку оценила.

– Да, – сказала она и запихнула пальцы в карманы джинсов, чтобы не трогать. – Последняя. И завершение второго тома.

– В смысле – второго?

– Ну я ж рассказывала – он как бы убедился, что настоящий творец работает не словами, а делами.

– Телами, – пробормотал Паша.

Аня кивнула. Паша спросил:

– А фигли он тогда строго по бабкам шел, причем душил именно, а теперь всех подряд и всякими способами? Такие маньяки бывают разве?

– Видимо, такие и бывают. Просто нравится ему убивать – вот и всё. А почему раньше так, а теперь эдак – маскируется, может. Поймают – узнаем.

– Или не узнаем.

– Ну да. Да это и неважно нифига. Главное, чтобы больше не убивал. А раз я в любом случае последняя точка, значит, на меня и надо ловить.

– Как? Ты же маячок услала.

– Как услала, так и верну. Я же помню автобус, у нас на этом маршруте их всего штук пять. А «как» – давай придумывать. Я чего приехала-то, именно для этого.

Чайник забурлил и выключился. Паша сыпанул чаю в толстостенную кружку с неродной крышечкой, замещавшую, очевидно, заварник, и уточнил:

– То есть ты полагаешь, что если в засаде сделать тебя приманкой, он обязательно попадется?

Аня кивнула.

– Ему, думаешь, делать нечего, только за тобой бегать?