Судно!

Скарлетт обернулась к Грому, словно желая убедиться, что глаза ее не обманывают. Он широко улыбнулся в ответ. Она обняла его и забормотала какую-то ерунду, уткнувшись в плечо.

Гром отстранил ее.

— Я схожу, проверю, все ли чисто. Скоро вернусь.

Она нахмурилась:

— Чисто?

— Да, помню. Тот ирландский парень сказал, что убил обоих террористов. Но это же не самый надеж-ный источник информации, верно?

Скарлетт почувствовала новый укол страха.

— Я с тобой, — тут же сказала она и, прежде чем он успел ответить, добавила: — Подумай сам, Гром. Если там кто-то есть и тебя убьют, мне все равно конец. Что я буду делать здесь одна?

Он чуть подумал и неохотно кивнул.

— Не отставай, — сказал он ей. — И гляди в оба.

Они двинулись рука об руку и вышли к тому самому грязному обрывистому берегу, на который взбирались всего лишь прошлым утром. Съехав вниз, они вошли в мутную и зловонную воду и вскоре выбрались на палубу на корме. Гром показал в сторону большой каюты. Скарлетт кивнула. Они подошли к окну и заглянули внутрь. Пусто. Гром показал на верхнюю палубу. Снова кивок.

Они поднялись по спиральной лестнице и высунули головы. Палуба и рубка были пусты. Гром поднял руку с раскрытой ладонью, показывая, что просит Скарлетт оставаться на месте. Подобравшись к кормовой каюте, он заглянул внутрь, потом обернулся и показал большой палец.

— Никого нет дома, — с улыбкой произнес он.

* * *

Скарлетт открыла глаза.

— Ты слышал? — шепотом спросила она.

Она лежала в гамаке в кормовой каюте. Гром спал рядом на полу, подложив под голову свернутое старое одеяло. Оказавшись на корабле, они поняли, что не смогут идти по реке ночью — в темноте легко было сесть на мель или налететь на камень. Поэтому решили немного отдохнуть и двинуться в путь с рассветом.

Гром, спавший, наверное, так же чутко, как и она, спросил: