Последующие восемь месяцев были историей упорной борьбы перед лицом административных и дипломатических препятствий, чтобы оказать помощь Жанне де Монфор, прежде чем она уступит подавляющей военной силе Франции. Жанна умело маневрировала в течении некоторого времени. В какой-то момент в феврале 1342 года она переехала из Энбона в Брест. 24 февраля с ней встретился там эмиссар Филиппа VI Анри де Малеструа. Анри, старший судебный чиновник королевского двора, был бретонцем и братом военачальника графини. Его инструкции заключались в том, чтобы потребовать подчинения от сторонников графини, включая его брата и Таннеги дю Шателя, и потребовать сдачи Бреста в руки короля в соответствии с договоренностями, достигнутыми между Жаном де Монфором и герцогом Нормандии после падения Нанта. Первым побуждением друзей графини было сопротивление. Таннеги ответил, что он встал на защиту истинного господина Бретани и будет защищать его до смерти. Но более мудрые советы возобладали. Французы требовали лишь формальной капитуляции, которая оставила бы графиню и ее друзей в фактическом владении тем чем они владеют. Не лучше ли в момент слабости не провоцировать их? Графиня уступила. Пять дней спустя, 1 марта 1342 года, она заключила с Анри перемирие, которое законсервировало положение до 15 апреля и оставило за ней фактический контроль над западом. Примерно в этот день ожидалось прибытие графа Нортгемптона из Англии[649].

Помощь из Англии прибывала с ужасающей медлительностью. Первая, неофициальная и довольно неэффективная помощь пришла в виде каперов из Пяти портов, Уэст-Кантри и Байонны, которые получили патенты с правом нападения на французские суда в обмен на третью часть от захваченной добычи. Их набирал англичанин Оливер Стретфорд, который был назначен в администрацию графини в замке Энбон и назывался лейтенантом герцога. Эти каперы были очень активны ранней весной 1342 года, но были неразборчивы в выборе жертв и не слишком щепетильны в отчете о добыче[650].

Передовой отряд экспедиционных сил, который должен был отплыть под командованием Уолтера Мэнни для обеспечения безопасности мест высадки, собрался в Портсмуте в марте 1342 года, но был задержан из-за обычных трудностей с реквизицией судов. Из шестидесяти средних судов, которые были затребованы, к концу месяца офицеры-реквизиторы нашли только сорок четыре. Некоторые из них прибыли с грузом, который пришлось с трудом разгружать; большинство же пришло с опозданием; одна группа судов бросила якорь на рейде и отказалась войти в гавань, пока им не заплатят; семнадцать вообще не явились. Уолтер Мэнни начал закипать от нетерпения. Он был не тем человеком, который сносит бюрократические проволочки[651].