5 февраля 1357 года Генеральные Штаты вновь собрались в францисканском монастыре, где три месяца назад Роберт Ле Кок выступил со злобной тирадой. Присутствовали далеко не все представители северных провинций. Поскольку об их созыве было объявлено всего за две недели, представители городов собрались в основном из Парижа и Иль-де-Франс. Великие фьефы, Фландрия, Артуа, Бургундия и Алансон, остались в стороне. От духовенства и дворянства присутствие было достаточным, но не более того. Но оппозиция власти была там в полной силе. Много лет спустя, в более спокойные времена, Дофин сказал, что делегаты были в большинстве своем легковерными людьми, скорее глупцами, чем мятежниками. Они позволили склонить себя на сторону организованной группе недовольных, людей, которые скрывали свои личные обиды и ревность за фасадом патриотизма. Так обычно говорят успешные контрреволюционеры. Тем не менее, это может быть правдой. Когда после месяца обсуждений делегаты вновь собрались в Большом зале Парламента на заключительное заседание, представителем духовенства был не кто иной, как Роберт Ле Кок. Епископ Лаонский говорил более взвешенно, чем в прошлый раз. Но его послание было столь же бескомпромиссным. Королевство, сказал он, в течение многих лет плохо управлялось. Монета была обесценена. Имущество реквизировалось произвольно. Налоговые поступления растрачивались на пожалования жадным придворным. Все это, заявил Роберт, было сделано по совету корыстных людей. И он назвал семь уволенных министров и еще пятнадцать мелких чиновников, всего двадцать два человека. В список вошли шесть главных чиновников Казначейства и Счетной палаты, пять судей и чиновников Парламента, четыре чиновника королевского двора и три члена личной свиты Дофина. Все они подлежали немедленному увольнению. Не ограничившись этим, епископ объявил, что каждый главный чиновник короны по всей стране будет отстранен от исполнения своих обязанностей на время, пока комиссия генеральных реформаторов будет расследовать их прошлые провинности и решать, могут ли они быть восстановлены в должности. Когда Роберт Ле Кок закончил, его требования от имени дворянства поддержал Жан де Пикиньи, а от имени городов — радикальный адвокат из Абвиля. Этьен Марсель завершил свое выступление собственным одобрением от имени города Парижа всего ранее сказанного. Это было похоже на то, как если бы столица стала четвертой властью. В обмен на удовлетворение этих требований Генеральные Штаты были готовы предложить те же налоги, которые они предлагали осенью прошлого года. Несмотря на высказанные тогда сомнения, они все еще верили, что при честном и эффективном управлении, этих налогов будет достаточно для содержания армии в 30.000 человек. Они также, должно быть, верили, что сбор налога будет успешно осуществлен в течение шести недель, поскольку они предложили вновь собраться 17 апреля 1357 года для рассмотрения счетов сборщиков[457].