* * *

Истоки следующего плана по выводу компаний из Франции лежали в политике Арагонского королевства и в зарождающихся амбициях Франции на Пиренейском полуострове. В июле 1364 года Бернардо де Кабрера, опальный главный министр Педро IV Арагонского, был обезглавлен на рыночной площади Саррагосы. Основными обвинениями против Кабреры на его коротком пародийном судебном процессе было то, что он сначала спровоцировал, а затем неправильно вел катастрофическую войну с Кастилией, которая продолжалась почти непрерывно уже восемь лет. Настоящей причиной его падения стала его попытка положить ей конец. Когда большая часть западного Арагона была оккупирована, а кастильские войска находились в пределах видимости со стен Валенсии, Кабрера, наконец, понял, что война стала неподъемной с финансовой точки зрения и бесперспективной в военном отношении и запросил мира на самых выгодных условиях, которые только мог получить. Эти условия оказались настолько неприемлемыми даже для измученных войной арагонцев, что многочисленные враги министра убедили Педро IV не ратифицировать их и воспользовались возможностью уничтожить человека, который их предложил. Главной фигурой в заговоре, обеспечившем падение Кабреры, был королевский камергер Франсиско де Перельос, сменивший его на посту главного советника Педро IV. Перельос был уроженцем Руссильона, тогдашнего владения каталонского королевства на французской стороне Пиренеев. Именно он командовал галерным флотом, посланным (слишком поздно) на помощь Франции в год битвы при Пуатье. Именно он спровоцировал войну с Кастилией, напав по пути на кастильский порт Санлукар-де-Баррамеда. Перельос, как в силу своих прошлых действий, так и в силу обстоятельств своего прихода к власти, был сторонником продолжения войны.

Перельос был достаточно проницателен, чтобы понять, что без внешней помощи война, скорее всего, закончится еще худшими унижениями для арагонцев. Педро IV оплачивал ее за счет продажи активов короны, грабежа арагонской церкви, а также за счет жалких и нерегулярных субсидий от Кортесов трех королевств, составлявших его владения. Этих источников было недостаточно, даже пока они действовали. Его главной проблемой была острая нехватка тяжелой кавалерии — войск, которыми Кастилия была наиболее сильна. В 1364 году максимальной суммы, которую Каталония, самый богатый из доменов Педро IV, могла ему выделить, едва хватило на оплату всего 1.500 кавалеристов. В целом, маловероятно, что он когда-либо собирал кавалерийскую армию численностью более 3.000 человек, и то лишь на короткий период. Многие из них были даже не его собственными подданными, а мятежными кастильцами, навербованными Энрике Трастамарским[867]. Арагон остро нуждался в союзнике и для Перельоса не могло быть и речи ни о каком другом союзнике, кроме Франции. Франция же имела стратегические интересы, которые можно было использовать в интересах Арагона: сдерживание нового герцогства Аквитания с юга и поддержание давления на королевство Наварра. Это соответствовало интересам Перельоса, который был известным франкофилом и у него были прекрасные контакты при дворе Карла V. Вскоре после прихода Перельоса к власти французский король назначил его одним из своих камергеров и впоследствии обращался с ним так, словно он был его собственным агентом в Барселоне, а не агентом Педро IV во Франции. Этот странный двойственный статус сохранялся вплоть до 1368 года, когда Перельос окончательно покинул свою родину, обосновался в Париже и стал адмиралом Франции[868].