С французской стороны посыл для вмешательства в дела Испании исходил в основном от брата Карла V Людовика, герцога Анжуйского, который был назначен лейтенантом короля в Лангедоке в ноябре 1364 года. Людовик Анжуйский был хорошим партнером для изворотливого Перельоса. В то время герцогу было двадцать пять лет, он был одаренным человеком, проницательным политиком и единственным из сыновей Иоанна II, добившимся известности как полководец. Он также был очень честолюбив и жаждал стать главной фигурой, править королевством или сыграть собственную роль в формировании судьбы Франции, накопить богатства, превосходящие все, что могло дать его небольшое герцогство в низовьях Луары. По этой причине он вызывал всеобщее подозрение и недоверие, даже в своей собственной семье. "Его блестящие качества, которые могли бы принести ему бессмертную славу, были запятнаны его беспредельной жадностью", — так было написано после его смерти в некрологе. Даже обычно склонная к подхалимажу Кристина Пизанская так считала. "Он всегда жаждал владений и денег", — писала она. В политическом сообществе Франции Людовик Анжуйский был одним из самых настойчивых и изобретательных врагов мирного договора 1360 года с Англией. Он с крайним негодованием переносил свое пребывание в Англии в качестве заложника. А Эдуард III никогда не позволял ему забыть обстоятельства его побега. "Позор для его чести и репутации всей его семьи", — так отозвался о нем английский король, обращаясь к пэрам Франции. Возможно, по этой причине в его отношениях с англичанами всегда присутствовал элемент личной ненависти, который в значительной степени отсутствовал у его более расчетливого брата. Тем не менее, Карл V позволил Людовику втянуться в испанскую авантюру. Одной из главных причин отправки герцога Анжуйского в Лангедок было стремление короля к уничтожению герцогства Аквитания, хотя бы в перспективе. По словам Карла V, Людовик принесет больше пользы королевству, занимаясь этим, чем упорно выпрашивая у короля милости. В Лангедоке Людовик мог пользоваться атрибутами королевской власти и некоторыми ее полномочиями, оставаясь при этом слишком далеко от Парижа, чтобы его нарушения мирного договора могли повлечь за собой последствия для короля[869].

Зимой 1364–65 годов Франсиско де Перельос провел ряд неофициальных встреч с Людовиком Анжуйским на юге Франции. На некоторых из них присутствовал личный секретарь Карла V Готье де Баньо. Этот человек, несомненно, был осведомлен о стремлении Карла V изгнать англичан из юго-западной Франции. Вряд ли можно представить себе, что это не обсуждалось. Известно лишь то, что когда Перельос вернулся во Францию в феврале 1365 года для дальнейших переговоров в Тулузе, его инструкции, в составлении которых он наверняка принимал большое участие, предусматривали союз Франции и Арагона против Кастилии. Приманка заключалась в том, что после победы над Педро I Кастильским эти две державы вместе выступят против Наварры и английского герцогства Аквитания. Маловероятно, что эта идея возникла в голове короля Арагона без посторонней помощи. Она имеет все признаки устремлений Людовика Анжуйского, которому льстил и поощрял сам Перельос. Но в этот раз ничего не вышло, вероятно, потому, что осторожный Карл V счел это преждевременным. Договор, который был заключен между Перельосом и герцогом Анжуйским 9 марта 1365 года, был направлен только против Наварры. Поэтому он почти сразу стал ненужным, когда Карл V через несколько недель примирился с королем Наварры[870].