Шла она очень медленно.

Могла ли я подумать, что мама в последний раз прошла по нашему двору, в последний раз посмотрела на наш дом и сад, в последний раз закрыла за собой калитку!

…Я должна была ее догнать, пока она шла к воротам. Нужно было сказать, что я пойду вместе с ней, настаивать на этом, а она, конечно, не захотела бы и, может быть, вернулась бы домой и еще долго жила бы…

Она вполне могла прожить еще много лет.

И вот терзаюсь я от этих мыслей все сорок дней, дотемна не ухожу с кладбища, а лягу в постель — кручусь до утра, не могу заснуть.

Эх, да что теперь говорить! Все уже поздно.

С того дня, как я впервые увидела Реваза у Гуласпира Чапичадзе, я его не могу забыть. Я стала думать о нем непрестанно.

И мама почувствовала это.

Почувствовала и лишилась покоя.

Чего ты боялась, мамочка?

Моя мама: у Реваза нелады с Русудан, но не нам ее осуждать. Она родилась и выросла в Тбилиси. У нее двое детей, она имеет собственный дом, родители рядом… бросить все это и переехать в деревню, где даже приличной дороги нет?.. Почему Реваз, заведующий кафедрой института, совершил такой шаг? Да потому, что его потянуло в родные места, к отцу, захотелось ему пожить в доме, с которым связаны воспоминания детства. Его позвали Сатевела и хемагальские тропинки, мельница Абесалома Кикнавелидзе и школа. Властно позвала Реваза родная земля. Позвали его семнадцать учеников и два учителя сельской школы и дедушки и бабушки тех семнадцати учеников. Да, это им понадобилась его помощь. Реваз услышал их зов и не смог больше оставаться в Тбилиси… В доме Александре целые ночи напролет горела лампа, не спалось Александре. Свет его лампы и сам Александре ждали Реваза… Разве мог он остаться в Тбилиси? Нет, не мог. Он и уехал. И не ошибся. А главное, что сын поддержал отца. Сандро — вылитый Реваз Чапичадзе в детстве. Когда Ревазу было столько лет, сколько сейчас Сандро, он как раз учился в хемагальской школе. Он носил молоть кукурузу на мельницу Абесалома Кикнавелидзе, ловил в Сатевеле рыбу, бегал по хемагальским тропинкам, любил объезжать лошадей… Когда я вижу вместе отца и сына, мне кажется, что это два Реваза — мальчик и уже зрелый мужчина. Реваз тоже был прилежным учеником, таким же стеснительным… А может быть, Реваза потянуло быть ближе к могиле матери. Да, любящее сердце матери упрекнуло его за то, что он ее бросил, и разве мог он после этого оставаться в Тбилиси? Нет, не мог! Взял и приехал, вернулся сын к матери. Теперь он раз в неделю обязательно ходит к ней на могилу, и не один, Реваз всегда берет с собой Сандро. Мне кажется, Реваз доволен своей судьбой, и дай бог ему всего наилучшего! А как же Русудан, спросишь ты. И я отвечу: пусть Русудан и Татия живут в городе. Татия же должна в Тбилиси учиться дальше. Сандро окончит нашу школу и тоже уедет в Тбилиси. Он, наверное, не будет, как его отец, заниматься шелковичным червем, а пойдет по стопам деда, историка Диасамидзе. Ну и пусть себе занимается историей, пусть вернется к нам ученым. В Хемагали есть дело для людей разных специальностей, и историк Сандро Чапичадзе сможет найти применение своим знаниям… А когда Русудан поймет, что Реваз поступил правильно, она перестанет на него сердиться и у них в семье все уладится. Не сегодня-завтра так и будет, Эка! А ты? Ты хочешь воспользоваться моментом, хочешь разрушить семью, в которой наметился разлад, хочешь отнять у Татии и Сандро отца, а у Русудан мужа…