Все это время.

Лиза остановилась и обернулась.

Никого.

– Покажись! – потребовала она.

Сизиф проигнорировал.

Она сложила руки на груди и прищурилась, точно глядя туда, где стоял он, невидимый.

Когда только научилась такому напору?

– Ладно, – ответил он наконец.

Сизиф стоял прямо перед ней, опершись плечом о стену.

Что бы ни происходило с этим миром, с ней, со всеми людьми вокруг – он всегда выглядел, как в день их знакомства. Будто нарисованный. Но настоящий.

– Откуда эти его воспоминания? – с вызовом спросила Лиза. – Я ведь видела, как все было. То, что он помнит теперь, это неправда!

Сизиф оторвался от стены и не торопясь подошел к Лизе.

Почти вплотную.

Если бы он был жив, она бы уже ощутила тепло его тела.

Черные глубоко посаженные глаза смотрели на нее.

На мгновение ей даже показалось, что они вовсе не карие, а голубые.

Смутно знакомые.

– Кто мы без наших воспоминаний? – тихо сказал Сизиф.

Его губы шевелились совсем рядом с ее. Несуществующие губы.

– Пустота. Ноль. Именно они делают нас Васей, Петей, Машей. Именно они отделяют нас от мира. Мы зависим от них. Но они такие хрупкие… Они всего лишь воспоминания.