А когда дисбаланс достигает критического уровня, мир схлопывается. Примерно так же, как организм матери выкидывает плод с несовместимыми с жизнью генетическими ошибками.

Это всегда выбор людей.

Это не наша вина.

Это всегда их выбор».

– Это был наш поворот, – сказала Лиза, когда Сергей на полной скорости проехал мимо нужного им указателя.

– Знаю, – глухо ответил тот. – Мне нужно кое-что проверить.

Заплаканная девочка, одетая в синее платьице в цветочек, стояла, опустив голову.

Полная решимости, Марина держала дочь за руку, а в другой сжимала ручку чемодана.

Егор не поднимал глаз на жену. Он смотрел только на дочь, желая и боясь встретить ее взгляд.

– Я все исправлю, – прошептал он. – Обещаю!

Марина сжала губы, словно сдерживаясь, но потом не стерпела и закричала.

Девочка вздрогнула и втянула голову в плечи.

– Не кричите, – тихо проговорила она, но ее никто не услышал.

– Что ты исправишь? – орала Марина, сотрясаясь всем телом. – Мамино кольцо продал! Конченый человек! Скотина!

Она с размаху бросила чемодан и замахнулась свободной рукой на мужа. Дочка заскулила, почти как щенок.

Марина, тяжело дыша, остановилась, бросив на Егора полный ненависти взгляд.

– Ну зачем же при ней…

– Пусть знает, как родной отец ее без штанов оставил!

Егор издал сдавленный, гортанный звук, лицо его скривилось, и он отвернулся.