– Я тоже полюбила кофе. Когда вижу, как его пьют другие, мне проще помнить его вкус, – сказала Лиза, втягивая носом воздух.

Оба знали, что она ничего не чувствует, кроме своих проекций. Но, по крайней мере, ее проекции куда свежее его.

– А еще это единственное место в округе, где варят настоящий кофе. На огне.

– Ох, ты боже мой, – подколол Сизиф. – Какие мы стали гурманы.

Сидящий рядом с ними мужчина сделал маленький аккуратный глоток. На его лице появилось удовлетворенное выражение.

– Задание выполнено, – сказала Лиза.

Украдкой вдохнув воздух кофейни, Сизиф отвернулся от мужчины, наслаждавшегося своим эспрессо.

– Я и не сомневался. Приступай к следующему.

Лиза выждала небольшую паузу, облизнув нижнюю губу.

– Ладно…

Сизиф обеспокоенно оглядел ее.

– У тебя ведь все хорошо?

Лиза горько усмехнулась, опустив глаза.

– Ты прав, там, внизу, действительно месиво. Я не хочу туда возвращаться. Хочу чтобы все это осталось позади навсегда.

– Вот это я понимаю, – улыбнулся Сизиф. – У тебя теперь хороший задел. Дело доктора сэкономило тебе лет пятьдесять работы, не меньше. Если хорошо потрудишься, скоро сможешь отправиться туда же, куда и я. И тогда возвращаться тебе не придется.

Лиза отвернулась к витрине кафешки и грустно усмехнулась своему мутному отражению. Там, за окном, туча наползла на солнце, окрасив улицу в серый цвет. Люди куда-то спешили, потоками курсируя по улицам. Маленькая девочка в яркой курточке остановилась прямо перед Лизой, прижавшись к витрине и распластав по стеклу ладошки. Вскоре мать увела ее, потянув за капюшон. На стекле остались следы маленьких рук. Лиза коснулась их пальцем, но ничего не почувствовала.

– И, кажется, – она запнулась и вдохнула побольше воздуха, – кажется, я поняла, что единственное во всем этом важно.

Она подняла взгляд на Сизифа, готовясь что-то сказать.

– О-о-о… если ты не против, я как-нибудь обойдусь без твоих умозаключений.

Она снова отвела взгляд.