Нет, они не могли коснуться этой старой немытой плоти, но все же она отчетливо ощутила их леденящие прикосновения.

– Вы нарушили равновесие, – сказал голос справа.

Глаза открылись. Теперь это уже были не мутноватые глаза нищего. Это были глаза Лизы.

Это ее видели люди в черном и не видели все остальные: куда-то спешащие и отводящие взгляд от старого пропойцы.

– Я знаю, – тихо сказала Лиза.

Сергей сорвался с места и побежал в сторону старого здания, за угол которого, как ему показалось, свернул нищий.

На перекрестке он заколебался, а потом, повинуясь какому-то импульсу, выбрал направление и побежал дальше.

Один проулок, другой.

Кровь стучала в висках тяжелыми ударами.

Вот он – тот самый нищий. Полусидел на асфальте, прислонившись спиной к стене. Он спал.

У Сергея перехватило дыхание.

Он подскочил к нищему, схватив того за воротник старой куртки.

– Это вы? Это ведь вы? – кричал запыхавшийся Сергей.

Что-то в этом человеке стало настолько иным, что Сергей засомневался.

От нищего разило алкоголем.

Он не просыпался, только пробурчал что-то нечленораздельное.

Сергей хорошенько встряхнул старика за плечи.

– Кто вы? Кто вы? – прокричал Сергей.

Нищий приоткрыл глаза – те оказались мутными, пустыми. Совсем не такими, какими смотрел тот, кто дал Сергею распятие.