– Оглянись.
Рыжеволосый врач обернулся.
Капли пота заливали ему глаза. Медицинская повязка, уже несвежая, испачканная чьей-то кровью, сползла, открыв застарелый шрам на виске.
Рыжие волосы выбились из-под шапочки.
– Слышишь меня? – повторил голос, вырвав хирурга из сосредоточенной задумчивости.
Он так устал. Это был десятый солдат за сегодня.
Врач оглянулся – позади него стоял человек с такой же повязкой и шапочкой. Второй хирург. Он с маниакальной старательностью отмывал руки, выковыривая застывшую под ногтями кровь.
Полевой госпиталь продувался со всех сторон. Там, снаружи, ветер выл так, будто это ему ампутировали конечности.
Возле второго хирурга стоял еще один стол, залитый кровью. На нем лежало уже безжизненное тело.
– Тебе надо отдохнуть, – проговорил второй. – Шестнадцать часов без остановки режешь. А этот же вообще… предатель.
Рыжеволосый хирург поправил маску, натянув ее на нос.
Он посмотрел на бледное, бескровное лицо пациента. Да, его доставили в немецкой форме.
И да, он узнал его.
Он очень хорошо знал это лицо.
С детства.
Васька.
Синеглазый Васька.