В фургоне было слишком темно. Я нащупал на боках телефона какие-то наклейки. Те самые, спонсорские? Ага. Меня угораздило выкрасть у Маши телефон Чарльза.

Я повернулся обратно и медленно, очень медленно, очень осторожно снова запустил руку Маше в карман. Ее телефон был крупнее и массивнее, с более сильной камерой и кто знает какими еще наворотами.

Вторая попытка показалась немного легче. Я опять миллиметр за миллиметром вытаскивал телефон у нее из кармана, дважды замирая, когда она всхрапывала и шевелилась.

Наконец мобильник очутился у меня. Крепко сжимая его, я попятился к двери, как вдруг ее рука взметнулась по-змеиному и ухватила меня чуть ниже кисти, да так, что под крепкими пальцами хрустнули мелкие косточки.

Я вскрикнул и наткнулся взглядом на ее широко раскрытые горящие глаза.

– Ну и балда же ты, – безмятежно произнесла Маша, забрала у меня телефон и другой рукой нажала несколько кнопок. – И как ты собирался его разблокировать?

Я сглотнул и прикусил губу, чтобы не закричать от боли в стиснутой руке.

Она нажала еще несколько кнопок.

– Ты вот с этим хотел смыться? – Она показала снимок, где были мы все – Дэррил, Джолу, Ванесса и я. – С этой фоткой?

Я ничего не сказал. Рука, казалось, вот-вот переломится.

– Сотру-ка я ее, чтобы ты не соблазнялся. – Ее свободная рука опять зашевелилась. Телефон запросил подтверждения, действительно ли Маша хочет удалить фотографию, и ей пришлось отвести глаза от меня и взглянуть на экран, чтобы найти нужную кнопку.

В этот миг я понял: пора действовать. У меня в свободной руке был все еще зажат мобильник Чарльза. Я размахнулся, больно ударившись костяшками о столешницу над головой, и со всей силы шарахнул Машу по руке, сомкнутой на моем запястье. Удар получился такой, что мобильник Чарльза разлетелся вдребезги. Маша вскрикнула, ее пальцы обмякли. Не мешкая, я вырвал у нее разблокированный телефон – прямо из-под большого пальца, уже готового нажать на кнопку ОК и подтвердить команду удаления. Ладонь Маши судорожно сжалась, но ухватила только пустоту.

На четвереньках я пополз по узкому проходу к двери, навстречу пробивавшемуся свету. Маша хватала меня за лодыжки, я кое-как отбрыкивался. Пару раз пришлось отпихнуть с дороги штабеля мебели, нависавшие с боков, словно стены в гробнице фараона. Несколько ящиков рухнули позади меня, Маша опять болезненно вскрикнула.

Подъемная дверь грузовика была чуть приоткрыта, и я нырнул в узкую щель. Лесенку уже убрали, и я головой вперед выскользнул наружу, шмякнувшись макушкой об асфальт так, что в ушах зазвенело. Ухватившись за бампер, поднялся на ноги и, собрав все силы, дернул вниз дверную ручку. Дверь захлопнулась. Изнутри донесся Машин вопль – похоже, я прищемил ей пальцы. Меня чуть не стошнило, но я сдержался.