Наконец мне эта комедия надоела.

– Как вы думаете, может, пора меня отстегнуть? – поинтересовался я, слегка закашлявшись.

Ко мне подошли два бронежилета – один оказался женщиной – и стали развязывать лямки. Откинули забрала, улыбнулись мне. На плечах и шлемах у них были красные кресты.

А под красными крестами виднелись другие эмблемы. КДП – Калифорнийский дорожный патруль. Они из полиции штата!

Я начал было спрашивать, как они здесь очутились, и вдруг увидел Барбару Стрэтфорд. Видимо, ее пытались задержать в коридоре, но она, растолкав всех, пробилась-таки в камеру.

– А вот и ты, – с облегчением вздохнула она, опустилась на колени, и мы стиснули друг друга в самых долгих и крепких объятиях.

И тогда наконец все прояснилось. Тюрьма «Гуантанамо» захвачена, а я спасен.

Глава 21

Глава 21

Наконец все разошлись, и мы с Барбарой остались в комнате одни. Я нашел работающий душ и кое-как смыл с себя мочу и блевотину, а то неудобно перед женщиной. Помывшись, увидел, что в глазах Барбары стоят слезы.

– Твои родители… – начала она.

Меня чуть опять не вырвало. О господи, бедные мои предки. За всеми этими событиями я о них как-то не вспоминал. А ведь страшно подумать, что им довелось пережить.

– Они здесь?

– Нет, – ответила Барбара. – Дело очень непростое…

– Почему?

– Маркус, формально ты до сих пор находишься под арестом. Как и все, кого здесь содержат. Полиция не может просто так распахнуть двери настежь и выпустить всех на свободу. Дело каждого будет рассмотрено в соответствии с установленной законом процедурой. Это может растянуться… может быть, даже на месяцы.

– И я буду торчать здесь еще несколько месяцев?

Она взяла меня за руки.

– Нет, мы очень скоро добьемся, чтобы твое дело заслушал суд и освободил тебя под залог. Но очень скоро – понятие относительное. Вряд ли это произойдет сегодня. Но условия содержания станут гораздо гуманнее. Тебя будут нормально кормить, разрешат видеться с родными, и, конечно, не будет никаких зверств и допросов. ДВБ здесь больше не командует, однако это не значит, что ты можешь просто взять и уйти домой. Строго говоря, мы уничтожили созданную ими искаженную версию правоохранительной системы и вернули на ее место нормальную, привычную, с судьями, юристами и открытыми судебными слушаниями. Если хочешь, можем попытаться перевести тебя в исправительную колонию для несовершеннолетних, но, поверь, туда лучше не попадать. Там ужасно. Так что лучше побудь здесь, пока мы тебя не вытащим под залог.

Под залог. Ну конечно, я же преступник. Правда, никакое обвинение мне еще не предъявлено, но за этим дело не станет. О правительстве, как о покойнике, нельзя говорить ничего плохого, и не только говорить, но даже и думать.