Одной из очевидных целей Табели о рангах было предоставление доступа к дворянству в зависимости от заслуг. Как это происходит со всеми элитами, особенно в империях, жизнеспособность дворянства определялась возможностью принимать и перерабатывать выходцев из низших сословий и представителей различных национальностей, сохраняя при этом сплоченность и дух аристократизма. И здесь оно достигло успеха: составляя ничтожную часть населения (около 0,5 % с 1680-х годов до конца XVIII века), дворянство, тем не менее, было разнообразным в социальном и этническом отношении. К примеру, под конец правления Петра I (1721) 62 % высших офицеров происходили из московских служилых людей и социальных групп, стоявших выше последних, 11 % – из менее привилегированных слоев (казаки, пушкари), 14 % – из посадских и крестьян. Чиновники получали дворянство, служа в коллегиях и местных учреждениях и продвигаясь по служебной лестнице согласно Табели о рангах. Почти не прекратившиеся на протяжении всего века военные действия, большая полевая армия, расширение империи, увеличение числа гражданских должностей в результате административных реформ 1770-х годов – все это создавало разные возможности для военных и чиновников. Унтер-офицеры, не принадлежавшие к числу дворян, производились в офицеры благодаря заслугам и милости вышестоящих; точно так же на гражданской службе таланты, умения, опыт и/или взятки и покровительство способствовали социальной мобильности. Так, в 1752 году лишь четыре губернских секретаря (чин XII класса) были дворянами по происхождению. Некоторые достижения – например, получение образования – автоматически приносили чин. Выпускники университета получали чин XII класса, академики и профессора – более высокие, учителя в губерниях – чин IX класса, в уездах – XII класса.

Русское дворянство было открыто не только для людей незнатного происхождения, но и для представителей различных народов империи. Еще в конце XV века московские великие князья пополняли боярство за счет влиятельных кланов из покоренных восточнославянских княжеств, Литвы и Казанского ханства. Касимовское ханство было создано специально для того, чтобы поддержать татарских князей, претендовавших на казанский трон; они и члены их свиты получали поместья и служили в составе отдельных подразделений русского войска. Некоторые обращались в православие, в частности, Худай-Кул, принявший имя Петра и женившийся в 1506 году на сестре Василия III, а двумя поколениями позже – Саин-Булат (после крещения – Симеон Бекбулатович). Вслед за взятием Казани (1552) некоторые из знатнейших местных князей и мурз начинали служить московскому царю, причем без крещения. По мере увеличения территории России на службу к Москве переходили большие группы нерусской знати, в том числе прибалтийские немцы, а также украинские казаки и шляхтичи. Некоторые из тех и других заняли высокое положение, пример тому – ближайшие советники Екатерины II Яков Сиверс и Александр Безбородко. После разделов Польши в империи оказалось столько новых дворян, что власти потребовали от них подтвердить благородное происхождение либо право владения землей. Но даже при выдвижении таких условий число дворян в стране к концу столетия удвоилось.