В заключение следует обратить особое внимание на один феномен, свойственный империи XVIII века. Многие политические, интеллектуальные и социальные изменения, произошедшие в этом столетии, позволили обеспечить Россию квалифицированными специалистами и инфраструктурой, при помощи которой власти могли эффективно управлять страной. Появилась научная подготовка в области истории, этнографии, картографии и естественных наук. Увеличивалось число грамотных, русский язык стал обзаводиться современными средствами выражения. Каждой губернии после реформ 1775 года требовались обладатели практических навыков – таких как ведение налогового учета, перепись населения, картографирование, планирование городов, строительство инфраструктуры (дорог, каналов, канализации). Все больше административного персонала среднего звена приобретало опыт работы, хотя реформы 1775 года привели к тому, что отставные военные получали преимущество перед профессиональными чиновниками. При Павле I была улучшена подготовка чиновников.

Благодаря этим переменам стало возможно наступление примечательной и пока недооцененной эпохи в истории России, занявшей первую половину XIX века. Ее можно назвать переходной – в это время старое сочеталось с новым. Некоторые аспекты давно привлекли внимание исследователей: недовольство интеллигенцией своей неспособностью осуществить политические изменения; жесткое самодержавное правление Николая I, воплотившееся в создании Третьего отделения, усилении цензуры и преследовании религиозного инакомыслия. Но в эти же десятилетия шли такие процессы, как административная реорганизация, повышение профессионализма чиновников, кодификация законов. Михаил Сперанский и его преемники составили монументальный свод законов – прежде всего Полное собрание законов Российской империи с 1649 по 1825 год (более 40 томов, опубликованных одновременно, в 1830 году), но также своды гражданского и уголовного законодательства, кодексы, предназначенные для различных народов империи (прибалтийских немцев, немцев-колонистов, евреев, инородцев-нехристиан).

Продолжались картографирование и научное исследование страны. В 1830–1840-е годы отношения верховной власти с иноверцами стали более формализованными. По инициативе правительства появилось множество ученых обществ. Отделения Академии наук в Петербурге, Москве, Киеве, Вильно и крупных провинциальных городах собирали исторические источники и публиковали их в объемистых сборниках. Историки (Н. М. Карамзин, М. П. Погодин, С. М. Соловьев и другие) создавали труды по истории России, соответствовавшие европейским стандартам того времени. Закреплялись нормы литературного языка, выходили академические словари. В результате всего этого Россия обрела специалистов, способных инициировать переход к более интегрированному и плюралистичному режиму. Создание условий для проявления такой социальной энергии – возможно, лучшее наследство, которое эпоха раннего Нового времени оставила современной России.