Что ж, если хочешь знать, твои бабушка и дедушка были уверены, что мне не суждено появиться на свет. Всем тогда казалось, что ядерной войны не миновать.

Как же вы с этим жили? – спрашивает Нэнси. И мы оба на нее оборачиваемся.

Рэй, пожевав, отвечает – в то время мы иначе смотрели на вещи. Если хотите знать, мои бабушка и дедушка боялись даже меньше, чем вы сейчас. Он берется за корзинку с хлебом и, покосившись на мой бокал, говорит – это я попросил унести. Что ж, давайте заказывать. А потом предлагает Нэнси выбирать все, что пожелает. Если что-то останется, всегда можно забрать домой.

Они начинают обсуждать, как это тяжело – расти в бедности. Нэнси плачется Рэю, что в детстве жила на ферме и ухаживала за телятами. А у меня ощущение, будто в горло мне залетела колибри и бешено машет крылышками, скребя по стенкам гортани. Рэй в ответ признается Нэнси, что самое приятное в достатке – помимо возможности содержать семью – это позволять себе выкидывать старые вещи.

Тогда Нэнси рассказывает ему, как мы с ней встречали в Лондоне Новый, 2016 год. Поскольку он вложился в строительство одного из отелей, нас пустили туда бесплатно. Рэй, услышав об этом, приосанивается. Правда, тут Нэнси переходит к той части истории, в которой коридорный обозвал нас лесбиянками, и ему сразу становится не по себе. Я, привыкшая путешествовать с Тесс, кинулась в холл и закатила грандиозный скандал. Менеджер все готов был для нас сделать, лишь бы я не выполнила свою угрозу и не позвонила в «Гардиан». Ужинали и выпивали мы в тот вечер за счет заведения. Нэнси заказала говядину по-бургундски, камамбер с соусом из красной смородины, стейк под перечным соусом, спаржу, жареный картофель, шоколадный фондан и бутылку розового шампанского. А потом сразу уснула, и мне пришлось сидеть и смотреть, как еда остывает и превращается в неаппетитное месиво. В мороке пассивной агрессии я посмотрела две серии «Секса в большом городе», а потом разбудила Нэнси. Она заставила меня разлить шампанское по бокалам и заснять ее, нежащуюся в кровати с подносом в обнимку. Потом она снова забралась под одеяло и заявила – мне просто хотелось все это заказать. Это лучшая месть.

А я выставила этот постыдный поднос в коридор.

Молодчина, дочка! – с гордостью заявляет Рэй. Нэнси, передать не могу, как мне приятно видеть Айрис такой счастливой. Приезжай почаще!

Нэнси оглядывается на меня за подтверждением, а я хмурюсь. Эй, чего надулась? – развязно спрашивает она.

Я пытаюсь пнуть ее под столом, но промахиваюсь.

На десерт мы заказываем крем-брюле, я разбиваю корочку чайной ложкой.