И знаете, что ответила эта засранка, которая всю прочувственную речь дрожала в моих объятиях и смотрела полными слез глазами? Она ответила:

– Я подумаю.

Обожаю эту девчонку.

Лучший день в моей жизни? Это была ночь

Лучший день в моей жизни?

Это была ночь

Сколько раз вы наблюдали за падающими звездами на берегу моря?

Сидя на камне или лежа на спине. Глядя в черное небо и улыбаясь. И чувствуя себя абсолютно счастливым. Не почему-то, а просто так. Оттого, что нет ничего вокруг, а тебе ничего и не нужно. Потому что нет ничего прекраснее, чем оказаться в точке единения стихий и замереть между ними, зная только одно: сейчас – хорошо.

Но если ты один, счастье не будет полным. Я проверял.

А если рядом женщина, которая сводит с ума, она и есть единение стихий. Твоя судьба, твоя мечта и твое абсолютное счастье. И вся Вселенная сжимается до ее тихого ответа: «Да…»

До тонких рук, обвивающих твою шею. До влажных губ, что скользят по твоей щеке. До нежности, с которой ты вдыхаешь ее запах. Вселенная улыбается тебе из ее прекрасных глаз и шепчет:

– Да…

Мое маленькое чудо прижимается ко мне всем телом и шепчет:

– Да…

И в этот миг мы счастливы вдвоем. Растворяемся в одном огромном, размером с Вселенную, счастье на двоих. И плывем на нем, не замечая ничего вокруг, и Сашка шепчет:

– Я знала, знала, что так будет…

И тихо вздрагивает, принимая меня. И я тоже чуть дрожу. Потому что волнуюсь. Потому что происходящее очень важно.

Вопросов больше нет, только ответы, и ответы делают меня счастливым. Есть женщина, которая делает меня счастливым. И я целую Сашку в губы. Крепко, как она меня, но этот поцелуй не запоминаю, знаю, что их будет множество. Невероятно сладких. Кружащих голову. Сводящих с ума. Я прикасаюсь к Сашке со всей нежностью, на которую способен, и со всем напором, я медлителен и резок, я разный – и меня принимают разным. И мне не уступают ни в нежности, ни в огне. Мы удивительно гармоничны.

Мы пребываем в волшебстве, которое создали друг для друга.

И которое не рассеялось даже вместе с ночью. Не могло рассеяться, потому что оказалось настоящим. И когда в комнате стало светлее, мы не загрустили, а улыбнулись друг другу. Сашка – мне, я – ей. Мы знали, что таких ночей в нашей жизни будет предостаточно.