Литературный и риторический стиль Неру[383] выдает в нем образованного и богатого представителя высшей касты. Он умеет выражать сильные эмоции в своем голосе и своих словах – не в последнюю очередь это проявляется в выразительной речи после смерти Ганди, где в его голосе слышны слезы. Но он все еще говорит как привилегированный человек, получивший британское образование, и говорит он по-английски. Эти качества, ценные для утверждения Индии на мировой арене, нуждались в идущих с ними в тандеме навыках Ганди, который родился в более скромных условиях (в семье банья, или торговца), обычно писал на гуджарати, а не на английском, и подобно хамелеону умел выставлять себя самым бедным человеком с самых низов. Но, несмотря на свое элитарное происхождение, Неру и сам был страстным борцом за равенство, и его настойчивое внимание к экономии и простоте проявлялось во всех его решениях как первого лидера Индии – или, как он выразился в одной знаменитой речи, «первого слуги индийского народа». Как и Джордж Вашингтон, Неру демонстрировал приверженность равенству своим образом жизни, создав «нас», которые объединяли лидеров и граждан в единый круг интересов. Его дом, Тин Мурти (сохранившийся как национальный музей), показывает вкус к простоте, который он проявлял на протяжении всей своей жизни в своей одежде, вдохновленный движением кхади Ганди. Неру предпочел бы еще большую простоту небольшого частного дома, но по соображениям безопасности коллеги побудили его переехать в более крупное здание. Тем не менее для посетителя Тин Мурти – образец простоты, без вычурности и замысловатой отделки, окруженный просторными, но простыми садами. Неру настаивал на оплате всех расходов своей семьи и его личных гостей, хотя правительство покрывало официальные гостевые визиты. Он даже отказался от пособия на развлечения, предоставляемого всему кабинету министров[384]. В целях экономии он отказался от кондиционера[385], а также сделал территорию своей резиденции публичной. Как пишет историк Джудит Браун: «Весь его образ жизни был в некотором смысле символом новой нации, а также новых отношений между правительством и народом. Этим его поведение разительно отличалось от напускного хвастовства имперского режима и британской озабоченности соблюдением социального разделения и обеспечением безопасности, поскольку британцы в Индии были жалкой кучкой иностранцев»[386].

Эти примеры показывают нам, что патриотизм может быть вдохновляющим, когда делает нацию объектом любви и культивирует расширение круга сострадания, приводя в действие, а не подавляя критические способности. Такие достижения всегда нестабильны, поскольку любовь нужно культивировать вновь и вновь в каждом новом поколении и поддерживать ее на протяжении всей жизни людей. Давайте теперь посмотрим, какую роль в этом деле могут сыграть школы.