Начальник штаба развернул карту с обозначением советских и немецких позиций. Генерал сразу отметил — за то время, пока он сидел в тюрьме, Красная Армия значительно продвинулась, особенно на востоке области. На западе немцы оказывали ожесточенное сопротивление, так что там линия фронта в среднем проходила километрах в двадцати от окраин Москвы. До сих пор советские войска занимали позиции, удобные для атаки, но сейчас ситуация коренным образом изменилась — теперь надо было думать прежде всего об обороне.

Начальник штаба изложил свои соображения на это счет. Основной упор он предложил сделать на использование рельефа местности и организацию долговременных огневых точке на базе тяжелых танков ИС-2 и ИС-3.

— Сколько их у нас? — спросил Говоров.

— Сто двадцать «двушек» и сто десять «трешек», — доложил начальник штаба. — Есть еще тридцатьчетверки, два батальона. Силы, в общем, значительные…

— А что у немцев?

— На текущий момент точных сведений нет, — признал начальник штаба, — но по данным недельной давности на западном участке действовали три батальона тяжелых танков общей численностью до ста машин — в основном «Тигры» и «Королевские тигры».

— А на восточном участке фронта?

— Там тяжелых танков у них нет.

Тактически ситуация не такая плохая, подумал Говоров, обороняться мы можем долго. Но вот стратегически? Какие ресурсы есть у Москвы и области, сможем ли мы наладить снабжение войск, если коридоры окончательно закроются?

— Хорошо, — сказал генерал, приняв решение. — Вот что, Василий Евгеньевич. Начинай планировать оборонительную операцию, прежде всего на западном участке. Учти, что танков больше не будет — через коридоры они уже не проходят.

— Они действительно закроются? — тихо спросил начальник штаба.

— Это наихудший вариант, — признал Говоров, — и мы должны исходить из него.

— Значит, мы можем остаться здесь навсегда? Как же быть с семьями? Они-то там, по ту сторону барьера.

Говоров кивнул.

— Это еще одно дело, которое я тебе поручаю. Пока коридоры действуют, надо дать возможность семейным вернуться.

— Ничего себе, — пробормотал начальник штаба, — и кем мы их заменим?

— Теми с нашей стороны, кто готов рискнуть. Кстати, а что у тебя с семьей?

— Жена уже здесь. Но сын у меня в Германии.

— Решай сам, — помолчав, сказал Говоров, — но знай, что ты мне нужен, Василий.

Начальник штаба кивнул.