— Именно! Слишком легко немцы дали нам расширить плацдарм возле моста. Фактически, они ушли после первого же удара. Помните — Орловский даже предлагал двинуться дальше на железнодорожный вокзал.

— Помню, — ответил Говоров, — может, и стоило ему разрешить. Такое впечатление, что немцы отвели войска из города — во всяком случае, значительную часть гарнизона.

Василий Евгеньевич скептически хмыкнул.

— Отвести войска из Костромы? Это же второй по значению город региона! Может, противник просто не выдержал нашего удара? Я знаю этих ребят, воюют они давно, а против них поставили румынские части, готовые разбежаться при виде тридцатьчетверок.

— Может, и так, — задумчиво сказал генерал. — А ответ на вопрос, куда могут отводить войска из второго по значению города ясен — в первый по значению.

— Сюда, в Ярославль? Но зачем?

Говоров ответил не сразу.

— Помните, Василий Евгеньевич, вчерашнее сообщение от партизан?

— О дивизии «Викинг»?

— Именно. Два батальона тяжелых танков прибыли в Вязьму. Мы предполагали, что они двинутся дальше, на запад, для участия в штурме Москвы. Но, по информации от партизан, эшелоны все еще в Вязьме. Почему?

Начштаба пожал плечами.

— Дополнительной информации пока нет. У вас есть предположения, товарищ генерал?

Откуда-то справа, со стороны шоссе, раздался свист снаряда и взрыв — немцы время от времени открывали беспокоящий огонь.

— Василий, поставь себя на место Моделя, — предложил Говоров. — Думаю, он уже понял, что не сможет воспрепятствовать соединению наших войск. Что ему остается делать? Что бы сделал ты на его месте?

— Войска могут встречаться сколько угодно, — задумчиво проговорил начштаба, — но, если не установлен надежный транспортный коридор, цель нашего наступления не достигнута.

— Вот именно. Наша «дорога жизни» узкая и длинная, стоит ее прервать в любом месте, и движение по ней встанет.

— Думаете, на это нацелился Модель?

Говоров кивнул.

— Вполне возможно. Модель не любит широкомасштабных наступательных операций в стиле Гудериана, но вот мощный локальный удар — это то, в чем он мастер.

— Вы думаете, он нанесет его здесь?