Отметим, что своего рода переизданием является журнальная публикация «забытого» произведения: она становится культурным фактом, лишь сохраняя некую двойственность – сопряженность с настоящим (связь с контекстом всего публикуемого в данном журнале, с наполнением конкретного номера, с программой редакции) и отодвинутость от него, след прошлого. Этот зазор и есть временные рамки, в которых ведется осмысление всего существенного для данных издателей и поддерживающей их публики. Они могут быть более или менее широкими, но всякий раз важно это коллективное усилие воли к наделению смыслом именно этого текста вопреки обстоятельствам и инициаторам его забвения. Если этого волевого усилия и живого понимания контекста его творческой и печатной судьбы нет, перед нами обыкновенная редупликация, изготовление партии копий данного сочинения – деятельность, не лишенная смысла, но по функции своей иная, журналу внеположная. Особенно если при этом используется в иных условиях и иными людьми, по иным поводам и с иным смыслом созданный неоспоримый авторитет сочинения, перепечатываемого ныне лишь в качестве самоподдержки и для самоодобрения. Таков, например, социологический казус с журналом «Москва», публикующим на протяжении 1988 г. «Историю» Карамзина.

Все множество журнальных изданий можно разделить на ряд типов, имеющих различное функциональное значение. Это прежде всего толстые литературно-художественные, академические, ведомственные, массовые (семейного или возрастного плана) журналы, издания массовых общественных организаций, функционирующих как государственно-бюрократические учреждения, детские журналы, партийные издания. Специфика их аудитории обусловлена функциональным характером этих изданий: одни журналы лишь по видимости являются собственно журналами, приближаясь по особенностям конституирования аудитории к тому или иному каналу печатных СМК (это массовые семейные издания, детские журналы, отчасти даже ведомственные), другие – конституируют сообщество, воплощая в программе своей деятельности те ценности, которые объединяют аудиторию журнала как самосознающее целое. В этом случае журнал выступает как орган конституирования группы или какого-либо иного социального образования, саморегулирующегося и самоналаживающегося (пример – издание научного общества, вроде «Математического сборника», выпускаемого Московским математическим обществом). Эти два случая – групповой журнал и детский или семейный – полярны по отношению друг к другу. От них следует отличать ведомственно-институциональные издания, играющие роль органа, объявляющего официальную точку зрения того или иного социального института или по ряду текущих вопросов, во многих случаях в этом плане сближающегося с бюллетенем (близки к ним партийные издания). В каждом подобном случае описывать аудиторию и характер деятельности журнала следует через функцию, т. е. через особый характер конституирования аудитории, установления социальных связей и образований, обеспечиваемых деятельностью журнала.