— Метр девяносто, — зазвучал голос в телефоне, — Метр девяносто, сейчас не время спать.

Едва открыв глаза, Адриан вспомнил о том, как неуклюже Стелла обычно держит карандаш. Странно, но первое, что он представил, — ее пальцы, которые обхватывают карандаш так, словно она пишет на бумаге последний раз в жизни. Видит бог, у Адриана были все основания подумать о ком-нибудь менее приятном, так как телефонный звонок раздался, когда он крепко спал.

Стелла.

— Что стряслось?

— Начинается, Метр девяносто, — сказала Стелла. — Поторапливайся, накинь что-нибудь на себя, большой привет и никаких возражений!

— У тебя все в порядке? — Адриан встал с кровати и, пошатываясь, подошел к окну.

Холодно, как же здесь холодно в этот темный полуночный час, а на улице — чистейший снег, который даже не мерцает в кромешной тьме.

— Кто-то прямо у меня на глазах въезжает в Дом Трех Мертвецов, — радостно сообщила Стелла, почти не шепелявя. — Бегом ко мне, здесь что-то не так, дело явно нечисто!

Позвони Стелла Мараун из Уругвая или с какой-нибудь только что заселенной планеты, из любой точки земного шара или Вселенной — это не имело бы никакого значения. Адриан все равно бросился бы к ней со всех ног, на бегу сорвал бы с вешалки куртку, пригладил правой рукой всклоченные волосы, а затем вскочил в первый попавшийся самолет или космический корабль — и уже через пять минут оказался бы у нее.

Но Стелла жила всего в нескольких шагах от него, и это значительно усложняло дело с самолетом. Осмотрев себя с головы до ног, Адриан сразу понял: в таком виде он ни в коем случае к ней не пойдет, даже если набросит на себя куртку. Его хлопковая синяя пижама имела довольно жалкий вид. И дело было даже не в том, что спереди на груди нахально улыбался слегка подвыпивший кролик Багз Банни — его Адриан легко прикроет курткой. Просто штанины пижамы, когда-то доходившие до щиколоток, сейчас болтались уже где-то на середине икры и с каждым днем поднимались все выше. Не менее жалкими выглядели и рукава — едва прикрывая локти, они демонстрировали все семь родимых пятен, редкие волоски и много свободного места, где можно наколоть имя избранницы, если Адриан когда-нибудь разочаруется в жизни.

Плохо было то, что Адриан ничего не мог поделать с этими пижамами, а хорошо — что он не очень-то и хотел. Если его одежду для сна не нужно было выбрасывать через пять месяцев после покупки, его мать торжествовала — значит, за последнее время сын не подрос ни на сантиметр! Это успокаивало ее, пусть и ненадолго. И тогда она даже забывала записать Адриана на прием к врачу и посетить отдел «Большие размеры» в магазине одежды «Вальдланд». Но главное — она забывала, что ее сын на два или, в некоторых случаях, на семь этажей выше, чем остальные его сверстники.