Паевое предприятие Левина есть с чем соотнести и в собственном помещичьем опыте Толстого, как он отражен в его нехудожественной прозе, и в тогдашних дебатах по социально-аграрной проблематике. Наиболее релевантен в этом отношении толстовский набросок, известный под публикаторским заглавием «Заметка о фермерстве». Он написан летом 1856 года под свежим впечатлением от отказа яснополянских крепостных принять предложенные владельцем и, на его взгляд, весьма благоприятные условия освобождения. Недоверие крестьян, подозревавших, что барин хочет украсть у них воистину щедрые, царские условия грядущей общей отмены крепостничества, побудило 28-летнего помещика к размышлениям о том, как правительство, не касаясь дворянского права собственности на землю, могло бы содействовать соглашениям между владельцами и крестьянами о пользовании землей. Толстой полагал, что при минимуме законодательной регламентации сила экономической необходимости заставит помещиков вычленить из крестьянской массы класс фермеров и связать себя с ним узами взаимной выгоды:

[Надо] укрепить за ними [крестьянами. — М. Д.] необходимое количество земли. Укрепив ее, помещик будет в зависимости от их работы и принужден будет, — большой по величине, малый по незначительности, — отдать им. Кому он отдаст? Не всем равно. Способнейшим. — Выходит фермерство с собственностью. — Дворянин не может быть земледельцем, ибо будет наравне с низшим классом — вражда; демократия невозможна по неравенству образования. Двор[янин] будет же защит[ником] крестьян, потому что его земля будет в руках их[1207].

Наделение крестьян землей за выкуп было впоследствии произведено по совсем другой методе — скорее консолидируя, чем разлагая («не всем равно») общину. Левин, однако, на свой страх и риск делает нечто подобное намеченной его творцом за двадцать лет перед тем схеме решения земельного вопроса, когда зазывает в паевое товарищество в своем имении «способнейших» из знакомых ему «мужиков работников». Более того, сквозь призму сформулированного Толстым — пусть даже лапидарно и отвлеченно — плана создания «фермерства с собственностью» особенно отчетливо видно слабое место начинания Левина: ему надо убедить пайщиков в том, что отведенная под «статьи» земля действительно «будет в руках их».

***

В невымышленной реальности одним из своеобразных предшественников Левина (в смысле не происхождения этого компонента сюжета в романе, а типологической параллели) был довольно известный на рубеже 1850–1860‐х годов приверженец сословных привилегий дворянства Н. А. Безобразов. В небольшой брошюре, написанной в 1863 году как отклик на дискуссию в Вольном экономическом обществе, Безобразов старался дискредитировать перспективу применения вольнонаемного труда в частном предпринимательском хозяйстве помещика после выкупа крестьянских наделов в собственность. Раздел имения между помещиком и общиной на праве собственности, утверждал он, приведет к непреодолимому взаимному отчуждению двух сторон: «В одной половине водворится общинное хозяйство <…> [которое] ежедневно будет раздираемо стремлением к участковому или душевому хозяйству, т. е. к хозяйству атомистическому <…> В другой половине учредится хозяйство пустопоместное, в котором землевладелец будет постоянно <…> биться из приискания рабочих рук. Итак: там — хозяйство без головы и нескончаемое брожение; тут — хозяйство без рук и непрерывное изнеможение». Избежать этого позволила бы «обдуманная обстановка сельских отношений», способная «внушить рабочей силе и поземельному капиталу взаимное сочувствие». Предлагая признать за землевладельцем-дворянином ряд административных полномочий и дисциплинарную власть, а за «сельским обществом» — законное право на пользование землей внутри имения и на выход из этого состояния, Безобразов в особенности ратовал за поддержание некоего чувства коллективизма между помещиком и подопечным ему населением. Этот коллективизм противопоставлялся обезличенному механизму хозяйства с вольным наймом временной рабочей силы, где не было, по его характерному выражению, «общей — для нанимателя и наемника — земледельческой цели». Сама формулировка «общая земледельческая цель» (вполне левинская!) предполагала отказ от сугубо индивидуалистических хозяйственных устремлений помещика и возможность распределения некоторой части прибыли среди крестьян. Такое построенное на взаимной заинтересованности «поместное хозяйство» Безобразов относил к высшему «роду свободного труда», подчеркнуто используя этот ключевой в пореформенную эпоху термин для обозначения деятельности и помещика, и крестьян[1208].