Скорее всего, это происходит в ущерб тому, что можно назвать интеллектуальной составляющей человеческой личности, но такова была история Руси (России), история русской культуры (в первую очередь – литературы), что оценка, отношение к жизни становится господствующим фактором существования почти каждого отдельного человека. Конечно, все люди разные и отличаются по своим умственным и психо-эмоциональным свойствам, но как доминанта – эта черта русского способа мышления о бытии через эмоцию, чувство – является принципиально важной и принадлежащей как бы всем русским сразу.

– Об этом Вы писали во многих своих книгах, какой же иной поворот Вы представляете в новой? Расскажите нашему читателю.

Вы знаете, это точный вопрос, и я на него отвечу несколько ниже, но прежде хочу сделать ремарку следующего содержания. О концепции книги, несмотря на ее сложность и некую громоздкость всей конструкции я еще скажу чуть дальше, но здесь я хочу высказаться о том, что часто в творческом процессе психологические импульсы бывают важнее определенной идеи – я хочу сказать о некоторых мотивах написания книги, какие неумолимо подталкивали меня к ее созданию весь прошлый год, чему, к слову сказать, способствовала необременительная в этом случае самоизоляция в связи с пандемией коронавируса.

Меня последнее время тревожит один громадный вопрос: отчего отношения России и Запада (понимая под одним и другим определением всю полноту культурных, ментальных, геополитических и т. д. и т. п. аспектов этих цивилизаций) приобретают характер какой-то фатальной обреченности, углубляющей противоречия между ними чуть ли не до состояния предгорячей фазы того или иного столкновения (сказано в 2021 году – Е. К.). Ведь это немыслимо с точки зрения большой истории, так как даже во времена Советского Союза было ощущение единого человечества, разделенного по каким-то идеологическим соображениям, но в целом мир понимался как единая структура, как одна цивилизация. И вот сейчас, на наших глазах, это ощущение стало исчезать из ментальной рефлексии людей, как на Востоке, так и на Западе. Возникает новое ощущение нового существования человечества, его цивилизации.

Я немало пишу в книге о древних временах, особенно связанных с периодом античности, этого первого блистательного примера самореализации европейской цивилизации в столь явном и невообразимо прекрасном виде. Надо же было умудриться прародителям первой европейской культуры, какую мы можем идентифицировать таким образом, чтобы одномоментно создать почти все, чем мы до сих пор пользуемся – от геометрии и философии до высокого художества и первых примеров демократии. Это интеллектуально непонятно вплоть до сегодняшнего дня – как и почему это случилось? Но там была одна деталь, о какой необходимо сказать. Для древнего грека, в окружающем его жизненную ойкумену мире, в котором создавались все эти культурные чудеса, жили варвары. С ними необходимо было бороться и обязательно взять вверх, иначе настоящая эллинская культура была бы обречена. Они, древние греки, это делали весьма успешно, побеждали почти во всех битвах с персами, но в итоге сошли на нет под воздействием другой мощной цивилизации – Древнего Рима, который с благодарностью воспринял то, что сделали греки, и добавил к этому свои начала – римское право, понятие гражданина, образцы первой республики и пр.