– Что ты! Как же можно машину незнакомого человека брать. Думаю, ему вряд ли бы такое понравилось.

– Да она моя, практически. Просто с отложенным платежом, – улыбнулся Сергей. Тем более Витька ее полностью на меня переоформил. Так что бери, мне все равно только до училища добраться завтра нужно, так что без надобности.

– Ну спасибо, Серега, выручил.

Ранним утром, чтобы миновать пробки, Леонид выехал в другой конец города, к дому своей бабушки. Но оказалось, что ранняя их поездка в Сестрорецк большой роли не сыграла: устройство бабушки в санаторий все равно заняло времени гораздо больше, чем предполагал Леонид. Не обошлось без вечной бюрократии, помноженной на долгие ожидания перед кабинетами заведующих и ведающих, то и дело убегавших по своим делам. Почти полдня было потрачено на окончательное решение всех вопросов.

Леонид решил, что спешить уже все равно ни к чему, и задержался еще, погуляв с бабушкой, осматривая местные пейзажи.

Только поздним вечером он вернулся к дому Белкина, припарковал машину и направился к подъезду.

Ему вдруг показалось, что кто-то находится рядом. Он обернулся, всмотрелся пристальнее в темноту, но никого не увидел и продолжил идти. Неожиданно, в нескольких шагах перед ним, словно выросший из темноты, возник человек, быстро шагавший ему навстречу. Леонид мимолетно ощутил непонятное чувство тревоги, внутренне сгруппировался. Но, как только человек приблизился к нему на расстояние вытянутой руки, он почувствовал два быстрых удара в спину справа, пронзительно-болезненных, отозвавшихся во всем теле: сзади стоял еще один, невысокого роста человек, с невидимым в темноте лицом. В руке его матово блеснул нож.

– Ах, ты… – пролепетал Леонид еле слышно, хотя думал, что крикнул, и рванулся в его сторону. Но внезапно ноги подломились под ним, он начал падать, ухватив в падении рукой первого и увлекая его за собой. Тот повалился на Леонида сверху, но уже через две секунды резко рванулся и встал на ноги. Леонид тоже попытался встать и не смог, вновь безвольно рухнул на землю.

– Добавить? – спросил тот, что с ножом, своего напарника.

– Не надо. И так кончится, – ответил он, поглядев, как Леонид безрезультатно силится встать на четвереньки.

Боли больше не было, только неимоверная слабость вдруг разом навалилась на него, и тело отказывалось подчиняться.

Противники его отступили в темноту, из которой так внезапно появились. Леонид навзничь лежал на земле, глядя в черное небо. Последнее, что запечатлело его ослабевающее сознание – далекий собачий лай и частые причитания на совершенно незнакомом ему гортанном наречии.