В. К. Винниченко видит выход в немедленном отъезде за границу, однако переговорный процесс с Д. З. Мануильским и Х. Г. Раковским зашел достаточно далеко.

1 сентября 1920 г. на заседании Политбюро ЦК КП(б)У было принято постановление из двух пунктов: «а) В связи с новым заявлением Винниченко о желании войти в партию и правительство, поручить тов. Раковскому вести с ним переговоры и добиться письменных деклараций, которые связывают его с партией;

б) вопрос о характере работы оставить открытым»[768].

Такой поворот событий, казалось, в целом устроил Владимира Кирилловича. Он решил в новом документе повторить свои требования, выдвигавшиеся раньше, и, в случае принятия декларации, считать ее гарантом того, что его принципиальная украинская позиция будет действенно учитываться в партийно-советском курсе. Дело с подготовкой заявления-декларации продвигалось довольно быстро, однако совсем не добавляло уверенности претенденту на высокие государственные должности. 5 сентября он размышлял: «Тоскливо. Трудно мне. Нет радости у меня от того, что я вступаю на путь Голгофы… И все же я не смею отказаться от этого, не хочу отказываться.

А там, где иду я, – чужие, недоверчивые, почти враждебные ко мне товарищи по работе. Каждый мой шаг, каждое мое движение будет оцениваться с оговоркой и каждое мое мероприятие будет натыкаться на ряд заранее приготовленных умышленно поставленных преград. Они свои, а я чужой, нужен им, но нужен не так, как я хотел бы для всего великого дела, во имя которого мы соединяемся, а для их специфического понимания этого дела. Чуждость, настороженность и устаревшая машинность. Тоскливо»[769].

Очевидно, информация о подготовке украинским политиком развернутого документа о вступлении в КП(б)У послужила основанием для нового рассмотрения Политбюро ЦК КП(б)У вопроса о В. К. Винниченко на заседании 5 сентября. В одном из вариантов черновиков протокола запись постановления гласила: «После принятия Винниченко в партию назначить его зампредсовнаркома, Наркомвнешдел и включить в ЦК»[770]. В другом варианте и в чистовике последняя формулировка приобрела следующий вид: «Если декларация окажется приемлемой, в партию принять, предложить ЦК РКП включить его в ЦК КПУ и назначить Зампредсовнаркома и Наркомвнешдел»[771].

В тот же день Х. Г. Раковский телеграммой известил об этом решении ЦК РКП(б), В. И. Ленина.

Уже на следующий день вопрос о В. К. Винниченко рассматривался на заседании Политбюро ЦК РКП(б) и было принято постановление: «Политбюро констатирует изменчивость настроения т. Винниченко, и поэтому Политбюро, не отрицая против его немедленного принятия в партию, предлагает не давать никакого поста, испытав сначала на деловой работе»[772].