С образованием Республики Таврида начался стихийный процесс «самоопределения» прилегающих к ней северных местностей. В частности, газета «Таврические Советские известия» сообщила о том, что съезд Бердянского уездного Совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, состоявшийся 1 апреля, рассмотрел вопрос «О самоопределении Бердянского уезда», и принял резолюцию: «Учитывая в перспективе борьбу с буржуазной Радой:

1. Признать Бердянск и его уезд, входящими в состав Украинской Советской Республики.

2. Считая мирный договор насилием германских империалистов и Центральной Рады над пролетариатом и трудовым крестьянством Украины, силою оружия защищать Советскую власть в ее пределах…

Съезд выражает пожелание, чтобы Днепровский и Мелитопольский уезды объединились с нашим уездом и присоединились к Украинской Советской Республике»[689].

11 апреля Совнарком Республики Таврида специально рассмотрел этот вопрос и постановил: «никакого отделения уездов не признаем и считаем, что все уезды составляют одно целое Республики Таврида; 2) мобилизовать свободные агитационные силы и направить их для разъяснения политического положения и необходимости эвакуации хлебных продуктов; 3) помогать всеми способами в меру возможности этим уездам»[690].

В целом же партийно-советское руководство Республики Тавриды не вполне реалистично оценивало ситуацию вокруг полуострова, наивно уповая на действие буквы заключенных договоров, надеясь, что при сохранении нейтралитета Крым сможет оставаться вне посягательств каких-либо неместных сил. 13 апреля 1918 г. А. И. Слуцкий телеграммой просил И. В. Сталина подтвердить, что по мирному договору «Крым к Украине не отходит», на что получил успокаивающий ответ: «Слухи об отходе Крыма к Украине не верные. Мы уже сообщали, что согласно с документом от немецкого правительства, который у нас есть, ни немцы, ни Киев на Крым не претендуют, берут только материковую часть Таврической губернии»[691].

Призрачная вера в то, что военные беды могут обойти Крым, тиражировалось и местными органами власти. Уже непосредственно накануне вторжения немецких войск на полуостров, а именно – 13 апреля, Евпаторийский революционный Совет девяти (чрезвычайный орган власти, созданный для противодействия политическим силам, элементам, активизировавших свою деятельность в преддверии наступления оккупантов на Крым. – В. С.) обратился к населению города с воззванием, в котором говорилось: «Никакая опасность не грозит Социалистической Республике Таврида, которая уже официально признана правительствами Германии, Австрии, Болгарии, Турции и Украинской рады. Никакая опасность, следовательно, не грозит и Перекопу, от которого неприятель отстоит на порядочном расстоянии»[692]. В данном случае выдается за желаемое то, чего на самом деле не было – широкое официальное признание Республики Таврида, и то, чего, может быть, доподлинно и не знали – степень удаления германских войск от полуострова.