— Отказать в посещении посёлка! — немедленно отреагировала Стеша.

— Сожалею, Луна, мы не знали, что вы не пожелаете с ними встретиться, — огорчённо развёл руками волк. — Ваши родители через пять минут будут здесь. Тамара предупреждена, она скоро подойдёт с волчицами и угощением.

— Не надо Тамару, не надо угощение, — остановила его Стефания. — Отправь всех обратно!

— Да, Луна. Как скажете…

Волк если и удивился, то виду не подал. Но уйти не успел — раздались звуки приближающихся шагов, и на площадку перед особняком выкатилась расфуфыренная Валентина с мрачным Виктором на буксире.

Понятно, отчего у отца испортилось настроение — их вынудили идти пешком, машина с водителем осталась у въезда.

— Доченька!!! Как я рада тебя видеть!!! — завопила мать.

Стеша мысленно завела глаза к небу — да что же это такое, а?! Надо разузнать, где в особняке чёрный вход, и пользоваться им в дальнейшем. С парадным как-то не складывается — стоит на него выйти, так сразу толпа посетителей, причём незваных и не особенно желанных. Приходится стоять под перекрёстным огнём десятков, а то и сотен глаз, и пытаться с честью выкарабкаться из очередного неудобного положения.

Устала, сил нет!!!

Между тем Валентина и не думала останавливаться, уже поднимаясь по ступенькам.

Стеша наконец отмерла.

— Стой! — вскинула она руку. — Не приближайся!

— Дочка? — удивилась мать, замерев на половине дороги. — Ты что, не соскучилась или не рада нас видеть?! На свадьбе мы к тебе даже подойти не смогли, а тут-то что мешает? Дай я тебя обниму!

— Стой! — повторила Стефания, подкрепляя приказ каплей силы.

Мать остановилась, словно натолкнулась на стену. И вытаращила глаза, не веря, что её — её!!! — не пускает альфа-сила дочери.

— Ты что, совсем с ума сошла?! — возмутилась волчица. — Стала супругой альфы и сразу зазналась? А кто устроил тебе такое счастье, а?! Да ты должна нам ноги мыть и воду пить!

— Помолчи, Валентина, — отец с тревогой всматривался в лицо дочери. — Стеша, что-то не так? Тебя обидели? Кто?!

— Вы! Вы меня обидели! — она не хотела обвинять, думала просто отказать родителям и уйти. Но слова матери сорвали корочку с только-только переставшей истекать кровью раны. — Продали чужому волку, как… как корову! На заклание.

— Что ты несёшь, какая корова на заклание?! Ты его пара! Он тебя на руках носит, вон какую свадьбу отгрохал! Как ты можешь нас в чём-то обвинять? — выкрикнула Валентина.

— Помолчи, — снова оборвал её Нижнедольский. — Стеша, я не понимаю… В чём мы провинились перед тобой? Борис — сильный альфа, его клан богатейший в стране, сам он на тебя не надышится… Какие могут быть к нам претензии? Что, супруг мало тряпок купил или подарил колечко не того фасона? Так полощи мозг ему, а не нам! Мы свой долг выполнили — вырастили дочь, замуж за достойного мужчину выдали. Всё!