Билли был единственным посетителем: сел на один из табуретов у барной стойки и стал терпеливо ждать, чувствуя себя на удивление спокойно. Умом он понимал, что не должен пить. Но все казалось таким правильным. Билли выпьет всего один бокал, а потом отправится в особняк Игл с новыми силами и готовый к дальнейшей работе.

Через несколько минут он услышал, как кто-то идет, а затем дверь по ту сторону барной стойки открылась. Бармен не удивился, увидев, что Билли сидит и ждет его. Он открыл дверь нараспашку, зашел в нее, а потом снова вышел, неся картонную коробку: она была достаточно тяжелая, и он закряхтел. Бармен поставил коробку на барную стойку напротив Билли, и тот услышал приятный звук ударяющихся друг о друга бутылок.

Бармен был стар – наверное, где-то под семьдесят. «На западе, – подумал Билли, – он мог бы надеть ковбойскую шляпу и сойти за своего». Жесткая кожа, изборожденная глубокими морщинами, густые седые подкрученные наверх усы. Он был некрупным, но казался крепко сбитым, и Билли готов был поспорить, что старик дал бы ему фору. Он щеголял в черных джинсах и поношенной форменной рубашке с рукавами, закатанными до локтя. Глядя на то, как бармен вынимает бутылки из коробки, Билли не мог не заметить узловатые мышцы на его предплечьях. «Нет, серьезно, – подумал он, – дайте парню пачку сигарет и посадите его на лошадь – просто ковбой Мальборо[73]».

Билли нервно потер большим пальцем шрам на ладони. Ему показалось, что палец обо что-то укололся, но он не смог отвести взгляд от того, как прямо перед ним расставляют бутылки с бухлом. Это было дешевое дерьмо без бренда. Он вспомнил, как столкнулся со своим однокашником Раджем в комнате отдыха первого класса в аэропорту Балтимора после встречи с Шоном. Хотел бы он увидеть реакцию ковбоя, попытайся Радж заказать здесь бокал 25-летнего Macallan. Он бы на это посмотрел. Такие напитки продают больше чем по сотне баксов за бокал.

Бармен закончил вынимать бутылки, а затем достал из-за пояса нож, чтобы срезать скотч и сломать коробку. Он толкнул коробку в конец барной стойки и стал методично наполнять бар. Старик бросил на Билли пару взглядов, но не потрудился взять заказ. Билли, в свою очередь, счел благоразумным промолчать. Наконец, после того как бармен в течение пяти минут расставлял стаканы под мурлыкающий аккомпанемент, в котором Билли узнал пение Хэнка Уильямса[74], он повернулся лицом к Билли.

– Дай угадаю. Пиво и шот?

– Звучит отлично.

Бармен потянулся за стаканом, твердой рукой опустил его в ведерко со льдом, чтобы наполнить, а затем поставил на стойку перед Билли. Он повернулся, открыл холодильник под барной стойкой, вынул банку лимонада, открыл ее и налил содержимое в стакан.