Он прекрасно помнил о шраме на руке. Он зудел и чесался. Билли пришлось закусить губу, чтобы не дать себе сорвать перчатку и почесаться. Вместо этого он похлопал в ладоши и посильнее нажал на ладонь.

– Чтобы наградить тебя этим шрамом, Нелли всего-то и понадобилось, что отключить свет.

– И парень в лифте, – пробормотал Шон.

– Что?

– Ничего, – сказал Билли. Он не рассказывал Эмили о том, что видел, как мужчине оторвало руку и как на свет показалась белая кость. – Ты права. Она опасна.

– Хорошо, – добавила Эмили, – тогда вернемся к моему предыдущему вопросу. Почему бы просто не отключить ее?

– Честно? – Билли поднял взгляд на особняк Игл. – Я не уверен, что у нас получится. Не уверен, что она нам позволит это сделать. Нелли уже начала своевольничать, и если она поймет, что мы хотим от нее избавиться, то может попытаться запереть нас здесь. Весь смысл ее существования заключается в том, чтобы делать хозяина счастливым, а если мы отключим ее, она…

Билли осекся. Он осознал, что все время поглядывает на особняк Игл, но не мог ничего с собой поделать. Ответ был очевиден. Как он не додумался до этого раньше?

– Дело не только в вирусе, – сказал Билли. – Дело в нас. Мы в этом виноваты. Может, троянский конь просто стал катализатором, и если так, то мы ускорили неизбежное. Нелли пытается сделать именно то, на что мы ее запрограммировали, и это довело ее до нервного срыва.

Эмили посмотрела на него, а затем развернулась и зашагала вверх по холму.

– Эмили, стой! – он бегом догнал ее. – Что ты делаешь?

– Ты просто спятил. Уверена, твои слова имеют смысл для вас двоих, но для меня важно лишь одно: когда я спрашиваю тебя, опасно ли это, ты отвечаешь «да». А когда я спрашиваю, можно ли отключить Нелли, ты говоришь «нет». Я забираю сестру и детей, мы собираем вещи и уезжаем в Уиски Ран, пока не началась метель. Я не хочу застрять здесь из-за снега. Мы поживем в гостинице, пока вы двое с этим не разберетесь. Но мы ни за что не будем спокойно сидеть здесь, ожидая, пока Нелли устроит нам тремс[81].

Эмили снова зашагала вперед, а когда он схватил ее за руку, то со злостью вырвалась.

– Нет! Не смей ко мне прикасаться.

– Эй, эй, – Билли отступил на шаг. – Ты не сможешь так поступить, Эмили. Нельзя просто подняться туда, а потом уйти.

– Знаешь что, Билли? Не смей указывать мне, что делать. Я уезжаю, и если у тебя в голове осталось хоть чуток мозгов, то лучше тебе тоже это сделать. Нам вообще не стоило сюда приезжать.

– Эмили, прошу.

– Нет. Говоришь, мы в опасности? Что ж, я увожу отсюда свою семью. Я уезжаю, и ты не сможешь меня остановить.