– Что происходит? – Диа замечает безумие и поднимается на цыпочки, пытаясь разглядеть что-нибудь поверх толпы, но та слишком густая. Мы должны поблагодарить за это листовки Финна. Наверняка весь выпускной класс пришел на вечеринку.

– Без понятия, – отвечаю я.

– Пойдем проверим, – Диа хватает меня за руку и тащит за собой, прокладывая путь через толпу пьяных старшеклассников. Немного потолкавшись, мы добираемся до центра круга.

Четверо парней из баскетбольной команды выстроились в очередь перед кухонным островом Финна, а неизвестная девушка лежит на столе в топе с V-образным вырезом, который заканчивается чуть ниже ребер.

Три шота расставлены на ее обнаженном животе, а последний – между грудей. Толпа взрывается радостными криками, когда первый парень слизывает соль с ее кожи, выпивает одну из рюмок, а затем съедает лайм прямо изо рта девушки.

Затем следуют второй и третий парни.

Но когда четвертый слизывает соль между ее грудей, берет шот, вынимает лайм у нее изо рта рукой и тут же целует ее, толпа приходит в неистовство. Девушка со смехом отталкивает парня, садится на стойку, и тут у меня, черт возьми, чуть не остановилось дыхание.

Раньше я не видела лица тусовщицы.

Но теперь вижу.

– Эшли? – я кричу так громко, что все замирают и смотрят на меня. Голова сестры поворачивается в мою сторону, и я моргаю, глядя на нее в надежде, что это лишь плохой сон и я вот-вот очнусь.

Но я не просыпаюсь.

Сцена, которую я вижу, реальна.

Она действительно здесь.

Подставляет тело для шотов на кухонном острове Финна Ричардса.

– Ништяк, полиция веселья, – говорит Эш, закатывая глаза, и спрыгивает со стойки. Затем она уходит.

Она. Просто. Уходит.

Будто ее не застукали с парнем, который скользил языком по ее декольте. Как будто она не появилась на вечеринке Истон-Хай, когда обещала маме, что никогда не будет общаться с учениками из обычной школы.

– Эш? Какого черта? – я бегу за ней и локтями расталкиваю людей в попытке схватить незнакомку с лицом моей сестры. Она ускоряется каждый раз, когда я подхожу слишком близко, но мне все же удается схватить ее за руку. – Какого хрена ты здесь делаешь?

Наконец она поворачивается и смотрит на меня, точнее, выстреливает взглядом в мой череп, а затем выплевывает: