– Ничего не случилось, – он поднимает бутылку виски Fireball, стоящую у его ног, делает большой глоток и вытирает рот тыльной стороной ладони. – Я просто гребаный идиот, вот и все.

Я нерешительно пробираюсь через гараж в его сторону.

– Не хочешь рассказать поподробнее?

– Конечно. Когда-то давно я круто просрал то единственное хорошее, что было в моей жизни. Конец.

Он даже не может заставить себя улыбнуться собственной шутке. Вот как я понимаю, что произошло нечто серьезное.

– Я полагаю, мы говорим о девушке?

– Не просто о девушке, Харпер, – он сильнее ударяет мячом о стену, словно выплескивая свое разочарование. – О той самой девушке.

Бри?

Лейси?

Кто, мать его, знает?

– Мне жаль, – это все, что я могу сказать.

– Пф. Не стоит, – Ксавье неубедительно пожимает плечами, прежде чем сделать еще один глоток алкоголя. – Это всегда должно было закончиться именно так. Любая другая история, которую я сам себе скормил, была полным дерьмом.

Хотела бы я, чтобы у меня было разумное объяснение тому, что я делаю дальше, но у меня его нет. Все, что у меня есть, это невыносимая потребность дать ему шанс оправдаться. Я плюхаюсь рядом с ним на бетонный пол.

Тишина поглощает нас целиком.

– Я никогда не извинялся, – Ксавье заполняет пустоту.

– За что? – я прижимаю колени к груди.

– За то, что вел себя с тобой как козел в тот первый раз у Тео.

Его признание вины возвращает меня к началу. Кажется, это было миллион лет назад. Диа пригласила меня потусоваться у Тео, и я пришла туда, обнаружив их всех в бассейне. Это был первый раз, когда мы с Ксавом разговаривали после того, как он украл мой первый поцелуй в парке десять лет назад.